Революция

Май уже полностью отвоевал свои права. Солнце грело, яблони цвели, воробьи радостно чирикали. И у меня настроение было соответствующее. Сегодня выставили оценки по сольфеджио и музлитературе. У меня вышли пятерки.

Евгения Рудольфовна подозвала меня после урока, на котором объявила оценки, и сказала:

- Люся, тебе нельзя бросать заниматься музыкой. После окончания музыкальной школы тебе нужно поступать в музучилище.

- И кем я смогу потом работать? – я почему-то сразу подумала о практическом применении.

- Как минимум ты сможешь работать преподавателем в музыкальной школе или училище.

Как максимум – концертмейстером у какого-нибудь певца. Конечно, сольные концерты для фортепиано с оркестром тебе не светят. Но, это и не для каждого. – Евгения Рудольфовна улыбнулась.

- Спасибо, Евгения Рудольфовна. Я обязательно подумаю. А пока еще закончить школу надо, - ответила я и сразу подумала про Антонину. Которая мамина сестра, певица. Она что-то говорила про работу аккомпаниатором, когда я поступила в музыкалку.

Нина ездит по стране с концертами. Поет арии из опер и романсы. Ей нужен постоянный аккомпаниатор.

Пройдя между детскими садами, я почувствовала, что за мной кто-то идет. И чтобы пройти по более оживленной дороге, я не свернула в тополя, а пошла по дальней. Здесь действительно было много встречных людей. Да и в одном со мной направлении шло не так уж и мало народу. Я подумала, что мне показалось.

Когда я прошла по дорожке вдоль дома мимо третьего подъезда, меня обогнал мужик и забежал в наш.

Я подумала, что ни разу не видела этого человека в нашем подъезде. Но, может быть он в гости к кому зашел?

Выкинув из головы эти мысли, я свернула к подъезду. Наши дома построены более пятидесяти лет назад. Поэтому сирени, высаженные в палисаднике после постройки, сейчас достигают окон второго этажа. Как же они цветут. Запах сирени окутывает дом дурманящим облаком. Он проникает даже на наш пятый этаж. Плывет до школы. Даже во сне я чувствую его и улыбаюсь. Я немного задержалась, чтобы вслушаться в аромат сирени.

С такими ощущениями я и вошла в подъезд. Первые семь ступенек в полной темноте. Но за годы, прожитые в этом доме, уже никто на них не спотыкался. Еще один пролет навстречу яркому солнцу, бьющему из окна лестничной площадки. На ее стенах висят почтовые ящики. Нужно посмотреть, что там прислали.

Тень метнулась ко мне сверху, когда я остановилась лицом к нашему ящику. Со спины меня обхватили руками и прижали к груди.