Вик Разрушитель 5

- С камнями все понятно, спорить не буду, - я сразу воспользовался паузой в разглагольствованиях старейшины. – Но человек – не метеорит. Каким образом появился живой антимаг?

- Возьми эту книгу, - Яков Сидорович протянул мне фолиант, оказавшийся настолько тяжелым, что я едва его не выронил. Одна обложка, обтянутая мягкой шелковистой по ощущениям кожей, весила половину книги! – Считай, это мой подарок тебе, внук. Компенсация за обиду.

- Подарок? Теперь это моя книга?

- Твоя. Но постарайся, чтобы ее не увидел Брюс, - старейшина хищно улыбнулся, показав довольно крепкие еще зубы.

– Убить не убьет, но сделает все возможное, чтобы забрать такую ценную вещь. Или так заболтает, что сам отдашь. Знаешь, кстати, как она здесь появилась?

- Даже не представляю.

- Ее принес с собой Мамон. Книге тогда уже было лет триста. А это копия, которую изготовили в начале двадцатого века с оригинала, потому что он уже рассыпался от ветхости. Успели переписать. Учти, что сначала переводили с латинского на глаголицу, а уже потом – на современный русский, после реформы господина Шахматова[1].

- Вы весьма осведомлены о таких тонкостях, - удивленно ответил я.

- Можно подумать, перед тобой сидит чурбан с глазами, - проворчал старик, ничуть не обидевшись. Развлекается разговором со мной, ну и пусть. Лишь бы не проверял мои антимагические способности, как Булгаков.

- Спасибо, Яков Сидорович, - отблагодарить старейшину уже стоило хотя бы за такой подарок. Я старался выбросить из головы мысль, что передо мной сидит человек, чья жесткая воля или упертость наравне с недальновидностью круто изменили мою жизнь.

За это он был наказан отцом и отстранен от ведения дел Рода, что уже являлось справедливым по отношению к матери и ко мне. Раз Глава не убил старейшину и даровал ему жизнь, пусть и с большими ограничениями, то я подавно не имею права требовать наказания больше того, что уже есть.

- Изучай, пригодится, - отмахнулся Яков Сидорович. – Тебе говорили, что ты похож на Добра?

- Говорили.

- Родная кровь не водица, - старейшина усмехнулся.

– Ладно, ступай. А то отец нервничает, аж досюда его аурная волна шибает. Думает, я тебя против него настраиваю.

Он нажал на кнопку, лихо развернул коляску и покатился в темный угол под мерное жужжание двигателя.

- Шторы задернуть? – спросил я, вставая.

- Оставь, - донесся голос старейшины. – И уходи.

2

Отец и в самом деле ждал меня в гостиной, монотонно расхаживая из угла в угол. Я спустился вниз уже без книги.