Вик Разрушитель 5

И протягиваю руку, хотя понимаю, что в этой ситуации меня будут провоцировать на драку. Надеюсь, что законы гостеприимства не позволят Аману совершить глупость. Если отец узнает о произошедшем, Чакыр-хаану станет совсем плохо. Я-то промолчу, мне без надобности раздувать эту историю, но тайное всегда становится явным. Например, Куан заметил, с кем и куда я поехал, обернулся в хитрого лиса и теперь прячется где-то под деревом.

Как и думал, Аман не принял жест дружбы. Он ловко прокрутил шест в руках и воткнул его в снег.

- Белый княжич слаб, Дайаана, - сказал парень, поведя плечами, отчего кухлянка едва не затрещала по швам. Его, что, с детства одним мясом кормили? – Я сейчас докажу. Все равно мы с тобой пройдем вокруг священного костра. Духи умные и справедливые, они знали, что тебе нельзя замуж за младшего княжича.

- Ну и дурак, - покачала головой девушка и слезла с нарты. – В гимназии всех парней от меня отгоняешь, здесь показываешь свою глупость. Мне стыдно за тебя, Аман.

- Чего стыдного? – насупился забияка и снова крутнул шест. Ловко у него получается. – Твой отец меня уважает, я самый ловкий и сильный в улусе. Туйгун, скажи!

- Правду Аман говорит, - откликнулся паренек, объехавший нас слева. – Прошлым летом в Ленске он стал победителем в хапсагае[1] и в перетягивании шеста.

Так вот зачем Аман передо мной крутит своей палкой! Я уже подумал, что предложит ими драться.

- Хочешь удаль свою молодецкую испытать? – хмыкнул я, обращаясь к незадачливому дружку Дайааны.

- Нет никаких правил, княжич, - глаза Амана блеснули торжеством. – Бери шест, будем драться по-настоящему!

- Аман, не сходи с ума! – заволновалась Диана и даже топнула ногой. – Совсем ополоумел предлагать такое сыну золотого тойона!

- Пусть покажет, на что способен! – завелся парень и завертел шестом как пропеллером вентилятора, который с грозным гудением стал рассекать морозный воздух.

- Ого! – я заулыбался. – Ван-чунь? Бодзюцу? Арнис? Батариокт?

Размахивающего шестом погонщика Амана я не боялся.

- Диана, позволишь мне свой шест? – вежливо попросил я.

Княжна вспыхнула, ее разрумянившиеся щеки разгорелись еще больше.