Война Богов. Игра окончена

– Ага, помню-помню твой недостижимый идеал, – съехидничал Горынов, вспоминая, как оборотень заигрывал со статуей в фонтане.

Вирусное видео, снятое неизвестным, где мужчина приглашает мраморную деву на свидание, тогда облетело все социальные сети. Благо, что снято оно было глубокой ночью и оказалось слишком плохого качества, чтобы кто-то мог узнать в мужчине, приклеивающем руки статуе Афродиты, Волкова.

И только Роман Горынов – соучастник вандализма, знал, кому совесть не даёт покоя и требует вернуть отломанные конечности на их законное место.

– Вот именно! Моей супругой станет исключительно богиня! – важно заявил оборотень.

– И как же ты найдешь её? Свою богиню?

– Уж как-нибудь, – уже не так уверенно буркнул Владимир.

– А знаешь, я видел в списке гостей довольно много одиноких ведьмочек и драконниц. Глядишь, свадебные конкурсы и сблизят тебя с какой-нибудь красоткой, да так крепко, что вскоре и на твоей свадьбе погуляем?

– Это возможно только в одном случае: если среди них найдётся та самая! – нагло ухмыльнулся Волков, а Роман закатил глаза, устав от навязчивой идеи друга.

Выходя из машины, оборотень вдруг почувствовал, словно его вторая ипостась – огромный волк с такой же серебристой шерстью, как шевелюра Владимира – обычно спящая, пробудилась, приподняла голову и принюхалась. Волкову показалось, что кто-то за ним пристально наблюдает.

А в это время недалеко от свадебной процессии высокий златовласый красавец в строгом офисном костюме с вырезами на спине, из которых торчали белоснежные крылья, что-то отмечал на своём планшете и ухмылялся.

Глава 2.

– Ну что там? – заламывала руки Злата, явно переживая не то за Горынова, не то за всех остальных гостей.

Однажды в плохом настроении её будущий муж спалил в драконьем пламени самого бога большой и чистой любви! Бросая тревожные взгляды на настенные часы, рыжеволосая ведьмочка опасалась, что из-за многочисленных конкурсов, к которым приложила руки едва ли не каждая ведьма ковена, они опоздают на регистрацию брака.

– Конкурс с полотенцем, где нужно было завязать так крепко, как любишь, и развязать так быстро, как будешь решать проблемы в семье, прошёл. А вот само полотенце не выжило: он его порвал, а затем сжёг.