Нетривиальные будни поверенного

Кажется, где-то здесь… Ах, вот! На столе, погребённый среди бумаг, примостился одинокий горшок с кактусом.

Видя беспорядок на столе, многие предположили бы, что растению не выжить. Однако «многие» не знали Гилберта Хоффа и его Ответственность.

— Надо же, — Кассандра улыбнулась, когда убрала ворох бумаг, закрывающий несчастный кактус. — Зацвёл. — Она наклонилась и вдохнула терпкий аромат крупных белых цветов. Почти с её ладонь, надо же! Белые острые лепестки, высокие тычинки с жёлтой пыльцой — Кассандра нежно коснулась самыми кончиками пальцев.

— Ну конечно, — гордо отозвался наблюдавший за ней Гилберт, он как раз удобно пристроился на углу стола.— Я за ним ухаживал!

— Сколько лет, говоришь?..

— Кэсси, — укоризна потонула под всплеском оживления: — Десять лет! Десять лет ему понадобилось, чтобы вырасти с такого, — он показал между пальцами расстояние с дюйм, — размера до полноценного взрослого! Это его второе цветение, прошлое случилось за недели две до нашей первой встречи. Запах немного резковат, но я не жалуюсь.

— Как он у тебя появился? — Обстановка и обстоятельства серьёзные, неподходящие, но она не смогла удержать своё любопытство. В самом деле, лишь минутка…

— Я… не помню? — Гилберт нахмурил густые брови и запустил пальцы в волосы, зачесав их. Его андеркат, как и всегда, выглядел аккуратно. — Кто-то в шутку подарил его, когда меня впервые повысили. Честно говоря, в тот день было много всего, так что… — он махнул рукой.

— Символично.

— Не то слово. Так что тебе удалось разузнать? Куда ты вообще ходила? В твоём письме, — тут Гилберт, развязав трэнчкот, достал из-за пазухи немного помятый лист, — ты сказала, — он помахал листом, — что отправляешься к мастеру, который может помочь в деле о звере. Можно о нём поподробнее?

Подробности, говоришь… Кассандра развернулась к нему, опёрлась бедром о стол и сложила руки на груди.

— Нет. Я не могу рассказать тебе о мастере, что мне помог.

— Почему? Это невинная дева, скрывающая свой дар? — Гилберта понесло: он начал вдохновенно ёрничать. — Или, может, это ребёнок? Старец, давно отошедший от дел?

Кассандра фыркнула на его язвительную ухмылку и закатила глаза:

— Будто ты вообще в курсе, что там у моего мастера за дар! Но он сделал это в порядке исключения. Я защищаю его право на тайну личности в данном вопросе. Он помог по моей просьбе.