Талисман гномов, или Джига со смертью

Мы подобрались к дому Разбойницы после заката, однако проклятая луна светила так ярко, что наша компания была видна как орденская планка на груди генерала. Но мы все же надеялись на элементы внезапности.

В отличие от меня парни не стали возиться с забором, тратя время, чтобы перелезть. Они с одного удара вышибли несколько досок и рванули в сторону горящих окон. Мы с Брутсом бросились за ними в зияющий провал, однако нам было не поспеть. Почти сразу в доме послышались крики, раздались выстрелы. В нашу сторону метнулась чья-то тень, и я вспомнил молодость.

Захват, рывок и тень, оказавшаяся «бульдогом», что привез меня к этому дому, распласталась на земле. Еще одна тень вылетела из разбитого окна и грохнулась на землю с грацией мешка с картошкой.

Я устремил на Брутса недовольный взгляд:

— Вы же обещали, что операция пройдет тихо и без эксцессов?

Следователь пожал плечами.

— Ребята вошли во вкус. Давно не разминались по-настоящему.

Тем временем «разминка» наверху достигла апогея. Еще двое бандитов, чьи лица были абсолютно незнакомы, спланировали со второго этажа и приземлились в замысловатых позах.

Я потрогал у одного жилку на горле. Она не пульсировала.

— Этот мертвый, — потом перешел ко второму. — Этот тоже. Может стоить унять ваших псов? Не хочу, чтобы нам пришлось допрашивать трупы — они, как правило, не разговорчивы.

Брутс поднял голову кверху и закричал:

— Эй, парни, заканчивайте. Вы нам тут всех поубиваете.

В образовавшуюся дыру выглянула взъерошенная голова одного из капралов.

— Так они сами напрашиваются. Вот и сейчас…

Бабах! Пистолет в руках капрал извергнул дымовое облако, и к нам свалилась еще одна жертва.

— Пожалуй, стоит подняться, — изрек я и с решительным видом направился к входу. Брутс последовал за мной.

На первом этаже было относительно чисто: два перевернутых дивана, горящая софа, вдребезги разбитое трюмо, — основная схватка разворачивалась на втором ярусе. Потолок там ходил ходуном, доски паркета отвратительно скрипели, сыпалась известка.

Слышались громкие крики, переходящие в отчаянную брань, которая заставила бы покраснеть даже портовых грузчиков. Громче всех ругалась женщина. Я сразу узнал голос Леди Разбойницы и бросился наверх с удвоенной силой. Можно сказать, взлетел птицей.

Схватка на втором этаже подходила к концу. Мясник с заломленными руками лежал на полу лицом вниз. С дамой капралы обошлись немного деликатней: надели наручники, но ронять не стали.