Талисман гномов, или Джига со смертью

Не мужик, а жуткий ночной кошмар женщин!

Красный как рак Гвенни спустился с лестницы между этажами, как раз вовремя, чтобы оценить труды ученицы старого мага.

— Гэбрил, что она с тобой сделала? В кого ты превратился?

— В Толстого Али, конечно. Разве вы незнакомы?

— Знакомы, но ты упустил несколько важных деталей.

Раз — и мои уши заколыхались лопухами, два — и на лбу кляксой расплылась обширная лысина. Я взглянул на себя в зеркало и чуть было не отшатнулся.

— Про уши, спасибо, не учел, а когда толстяк успел облысеть? Я его таким не помню.

— Ему, говорят, новая жена плешь проела. Он уже полгода с лысиной ходит, париками демонстративно не пользуется. С его деньгами можно позволить себе и такую фигуру, и такую прическу, вернее отсутствие — все равно женщины вокруг него вьются, как мотыльки.

— А одевается он как?

Гвенни ухмыльнулся. Я сразу понял, что ответ не понравится:

— Сейчас расскажу. Держись крепче.

Выяснилось, что одевался толстяк в двубортные костюмы свободного покроя красного цвета с белыми крупными горошинами.

— Слушай, Гвенни, я в таком наряде на жука похожу…

— Да ты сам тот еще жук.

— Ну, спасибо…

— Не обижайся. Глупая шутка. Я хочу, чтобы ты выглядел как можно достовернее. Что поделать, если у Али настолько дурной вкус.

После того, как перевоплощение было закончено, предстояло еще выбраться без свидетелей из дома Гвенни. Пригодился запасной выход, ведущий на почти пустынную улицу с редкими домами. Оказавшись на ней, я побрел (а со стороны казалось, что покатился как колобок) к стоянке.

Чтобы как следует замести следы, пришлось трижды менять кэбы, кружась по всему городу. Разумеется, с новой внешностью и с более чем заметным нарядом я был заметной персоной. Однако если кто-то взялся бы проследить маршрут моего передвижение, его ожидало бы большое разочарование — я не зря ел свой хлеб частного сыщика.

Третий кэбмен вез меня из глухого уголка города, расположенного на противоположном конце столицы.

Толстый Али прислал сразу пятерых громил. Очевидно, его уважение к Лиринне росло с каждым днем. Возглавлял процессию все тот же Гвоздь. В этот день он выглядел как близкий родственник лейтенанта Морса, обоих роднил огромный, на пол-лица, синяк под глазом. Очевидно, парочка побывала в руках одного специалиста.

Бандиты исчезли в чреве здания. Я разглядывал парадный вход через мутное окошко кабины. Туда-сюда сновали люди, погруженные в мирки личных проблем.