Венец смерти

Вампир поманил к себе очередного стоящего поблизости мужчину:

– Вот ты… Проводи мисс Барклай в раздевалку, а потом, когда она закончит, в мой кабинет. И будь почтителен с гостьей, если не хочешь, чтобы она тебе что-нибудь сломала. А вы двое – прошу за мной.

В кабинете – том самом помещении с хорошей мебелью и изящной отделкой, в дверях которого Кейси столкнулась с Эриком Матиссоном, вампир, предложив пришедшим вместе с ним Лодуру и Леону устраиваться, где им будет удобно, поставил на стол почти полный литровый графин с золотисто-коричневой жидкостью и три стакана.

Пояснил:

– Это виски. Полагаю, никому из вас троих, включая даму, не будет лишним промочить горло. Я могу распорядиться принести льда или содовой, если пожелаете.

Лодур хмыкнул:

– Не стоит разбавлять хороший напиток… Хотя… Вот для Кейси виски лучше все же разбавить. Содовая будет в самый раз.

– Хорошо. – мистер Кроули вышел из кабинета, чтобы отдать соответствующие распоряжения. Через несколько минут мужчина, что стоял за стойкой, принес в кабинет кувшин с содовой и блюдо с тонко нарезанным копченым мясом.

Еще через несколько минут появилась Кейси. Она нашла в раздевалке зеркало, и сумела немного поправить растрепавшуюся прическу и сбившуюся одежду. Мистер Кроули дружески кивнул тигрице:

– Хотите выпить?

– Пожалуй, не откажусь.

Усевшись в кресло, держа в руке стакан с разбавленным содовой виски, девушка спросила:

– Мистер Кроули, так с чего все началось?

Вампир задумчиво улыбнулся и начал рассказывать:

– Я бы сказал, что началось все с любви.

Не знаю, кто придумал, что с возрастом вампиры начинают утрачивать умение испытывать эмоции. Да, чужие эмоции дают нам силу, но сама способность чувствовать… Она никуда не девается. Другое дело, что большинству из нас, особенно молодежи, нравится притворяться холодными, бесчувственными, безэмоциональными статуями.

Так вот… Вильгельмина Нуар была женщиной незаурядной… Очень одаренной. Редкая красавица и умница, она рано или поздно привела бы свой дом к процветанию.

Леди Нуар была одной из тех, кого прочили на смену Черной Жемчужине, главе дома скорби, а это… Это очень серьезное признание заслуг мастера дома скорби.

Когда я сделал Вильгельмине предложение, она была удивлена, и… Мне показалось, она не поверила в искренность моих чувств. И сказала, что станет моей женой, если я удивлю ее… Покажу себя достойным ее.

Возможно, Вильгельмина думала, что таким образом дает мне возможность с честью отступить.