Венец смерти

Следователь и телохранительница, не сговариваясь, уселись в кресла, расположенные в коридоре неподалеку от двери в лабораторию, и принесенные сюда, кажется, не так давно, и приготовились к долгому ожиданию.

* * *

В лаборатории царила шумная рабочая суета. Артефактолог, не обращая внимания на происходящее вокруг него, быстрыми шагами двинулся к демонстрационному столу, на котором возвышался венец смерти во всей своей горделивой красоте и изяществе. Подойдя, маг резко спросил ближайшего специалиста, находящегося неподалеку:

– И что, вы считаете, с ним не так?

Криминалист флегматично пожал плечами и произнес достаточно равнодушным тоном:

– Все замеры показывают, что мы имеем дело с одержимым предметом.

Одержимостью считалось присутствие внутри предмета личности, души, не важно, каким образом душа была заключена в этот предмет.

Мистер Лал пренебрежительно фыркнул:

– Псевдоразум, не более. Не понимаю, почему вы так из-за этого переполошились.

– Лабораторные испытания показывают нам другую картину.

Маг пожал плечами, беря в руки верхний лист с результатами замеров и началом расчетов:

– Нет, я все проверил. Откуда было взяться одержимости?

Записанные значения были другими, совсем не теми, которые получались у Джулиана во время проверок и испытаний артефакта после финального ритуала.

И, согласно этим значениям, венец смерти обладал своей собственной мощной и довольно злонравной волей.

– Да не может этого быть! – прошептал маг, и, опустив гоглы на глаза, решительно приблизился к артефакту, чтобы самостоятельно убедиться в том, что расчеты лгут…

Но расчеты криминалистов не лгали. Внутри артефакта действительно находилась какая-то инородная сущность, ко всему прочему, еще и враждебная к окружающему миру.

Закончив поверхностный анализ, маг в прострации опустился на ближайший стул, растерянно глядя в никуда не верящим взором. Могло ли случиться так, что во время финального ритуала он, весьма неопытный некромант, вместо того, чтобы пробудить сознание самого артефакта, позволил какой-то сущности вселиться в него?

Это было бы крайне не профессионально, и такая ошибка оставила бы неизгладимое пятно на его репутации артефактолога, похлеще, чем создание венца смерти.

Заставив себя не паниковать раньше времени, успокоиться и мыслить разумно, мистер Лал вспомнил – его тесты тогда не показали даже следа одержимости в артефакте.