Другая сторона

– К счастью, твой отец об этом позаботился…

– А…

Опять все уперлось в Честера. Отец, прям как чертик из табакерки, – выпрыгивал в самый неожиданный момент.

– Помнишь, что на крыше твоего дома?

– Дронт, – сказал Наткет. – Жестяной флюгер, его отец сделал.

– Задумывался, почему дронт?

– Они всегда нравились отцу. Есть в дронтах что-то такое, что притягивает людей его склада. Они смешные и вымерли.

– Точно, – кивнул Краузе. – Невозможная птица. На самом-то деле это никакой не флюгер, там другой принцип работы.

Фанера, обитая жестью, – два проводящих слоя, разделенные слоем изолятора. Как в конденсаторах. Если замкнуть контур, то вся система войдет в резонанс с полем невозможного. Соотношение объекта и образа. Вот и готов правильный компас.

По ходу этой невероятной речи челюсть Наткета опускалась. Если бы беседу довелось услышать Фарадею, бедняга бы забросил науку и до конца дней занимался бы разведением петуний. Подобный бред, со всеми нестыковками и тотальной антинаучностью, могло породить лишь воспаленное воображение Краузе на тщательно подготовленной Честером почве.

Флюгер? А оказывается, вот оно что – правильный компас. Конечно, до сих пор флюгер работал только по ветру, но кто сказал, что и полюс не там же? Именно так рассуждал бы отец. Конденсаторы, изоляторы… Такая штука не могла работать по определению. А в грозы была еще и опасна – хорошо отец догадался вместе с флюгером повесить на крышу громоотвод. В то же время была в этом компасе веселая нотка истинного изобретения.

Что-то подобное делал Корнелий с чудовищами для «Констриктора». И они работали. В конце концов – почему бы и нет? Невозможное – это процесс… Если что-то не может произойти, это не значит, что это не происходит.

– Компас работает?

– Должен, – сказал Краузе. – Такие штуки так просто не ломаются.

Наткет усмехнулся.

– Сомневаюсь я, что из этого выйдет толк… Хотя ладно, можно и проверить.

– Знаешь, – по-отечески сказал Краузе, – Честер бы тобой гордился.

В этот момент дверь кафе распахнулась и на пороге возник Калеб. За его спиной маячили остальные рабочие.

– Проклятье! – прошептал Наткет, прячась за бокал пива.

– Что? – удивился Краузе, оборачиваясь. – А! Пожаловали слуги темного властелина…

Наткет тихо выругался. Какого черта они здесь делают? Стрелки часов не добрались и до двенадцати. Пролетарии пьют с утра? Ну конечно, воскресенье же.