Шатун

Мне с запозданием пришло в голову, что надо было бы купить цветы или что там еще делают парни, которые идут на свидание. Через минуту я выбросил эту дурацкую мысль из головы. Подумать только: цветы! Это ж курам на смех. Гараевой – и цветы. Блин.

Странное дело, я за одной партой с этой особой сижу несколько лет, а сейчас будто язык проглотил. Хорошо, что Нора взяла функцию подержания разговора на себя. Получалось это у нее неплохо. Болтали мы обо всем в целом и не о чем в частности.

Когда собирался на это «свидание», думал расспросить ее об этих ее друзьях.

Но потом каким-то образом сообразил, что говорить об этом будет некстати. Так же, как и о наших общих проблемах с одноклассниками. Или о моих мучениях по воле Ильи.

Просто это было бы некстати.

С удивлением узнал, что Нора хорошо поет и играет на гитаре. Она показала видео на своем стареньком телефоне. Но спеть вживую наотрез отказалась, при этом уши у нее сильно покраснели.

Мы выполнили план на сто процентов: прогулялись по набережной, посидели в кофейне (карманных денег еле хватило), погуляли в парке.

Мне всё время казалось, что на нас будут пялиться, мол, сладкая парочка идет. Но, как ни странно, никто на нас не обращал внимания.

…И когда я уже совсем забыл, что на свете существуют козлы, которые любят портить жизнь другим, один из этих козлов нарисовался.

К тому времени стемнело, но ни я, ни Нора не торопились. Я тоже не переживал: Илья не появится еще несколько часов. Знаю я его. Мы сидели на лавочке в парковой аллее.

И тут с гоготом и воплями со стороны школы выперло трое парней из нашего и параллельного классов.

Один из них – Егор. У меня так и сердце упало. Парни орут, гогочут – вроде подвыпили. Это они часто делают.

Киваю Норе – мол, пора сваливать по-тихому. Она и так поняла, что рассиживаться здесь больше нет смысла.

Но мы не успели.

– Вы глядите, мужики, охренеть! – завопил Егор. – Это ж наш Вова и наша Нора!

Не успели мы привстать, как компания окружила нас. Егор присел рядом со мной, двое других сели на корточки.

Рожи довольные, рты до ушей – ждут потехи.

– Ну че, Вовчик, – орет Егор мне в ухо. Изо рта прет перегар. – Уломал ты ее почпокаться или нет?

Я покосился на Нору. Ее лицо окаменело, уголки губ дернулись. Но смотрела она только под ноги.

Дружки Егора заржали.

– Да они уже давно, наверное, шпиляться вовсю!

– Лоховской секс, бля!

– У вас и такого нету! – внезапно для самого себя рявкнул я.

Гопота моментально замолкла. У одного даже морда вытянулась.