Заступник. Твари третьего круга

 — Здоровой рукой он отмахнулся от собственных мыслей. — Неважно… Случившееся здесь, Ник, по сути, очень напоминает то, что творится в некоторых тяжелых случаях в Темном Городе. Странный ментальный перенос. Мы снарядили эту экспедицию, чтобы проверить мою теорию проекции ощущений коллективного бессознательного. Слишком уж странными были свидетельства. Я бы не поверил, не увидь я все собственными глазами. А Керр считала, что… Керр! Вечный Отец, как я приду к ее родителям?

После этого Эрран надолго замолчал.

Они остановились на ночлег незадолго до того, как стемнело. Эрран развел небольшой костер, вскипятил воду в жестяной кружке. Кинул туда пару таблеток, протянул Нику:

— Это спецпитание. Не бойся, пей. Восстанавливает силы лучше самого сытного ужина.

Ник сделал пару глотков. В горячем питье можно было различить вкус курицы, петрушки, перца… Почти как любимый мамин суп с потрохами! Озябшие пальцы и нос сразу согрелись. Ник поднял глаза от кружки и невдалеке увидел развевающуюся на ветру белую рубаху призрака.

— Вы его видите?

Эрран кивнул и прищурил близорукие глаза:

— Кто это? Ты его знаешь?

— Мой отец.

— Слава Первоматери, мы спасены! Ник, что ты сидишь?! Какой же я дурень, у тебя все еще посттравматический стресс! — Эрран привстал. — Как здорово, что вы нас отыскали! Меня зовут Эрран Кессель, «Центр “Протянутая Рука”». Не обижайтесь на сына, он столько пережил. Присаживайтесь с нами, поближе к огню…

Отец покачал головой и поманил Эррана к себе.

— Простите? Вы хотите поговорить наедине?

Ник дернул его за рукав:

— Не надо! Не ходите за ним. И не трогайте.

— Никел, успокойся, — Эрран потрепал его по макушке.

— Это из-за него я заблудился.

— Все будет хорошо, мы в безопасности.

— Ты не настоящий! — отчаянно крикнул Ник призраку. — Ты умер прошлой зимой!

Фигура задрожала, подернулась рябью.

— Веч-чный отец… — выдохнул Эрран.

— Папа, я больше не пойду за тобой.

Лицо отца исказилось злобной гримасой и растаяло в воздухе.

— Знаешь, мне кажется, лучше нам спать по очереди, — сказал Эрран.

Следующие два дня шел дождь. Рюкзаки стали неподъемными. Ник плелся, едва переставляя ботинки с налипшими на них пластами раскисшей земли.

— Ник, что ты волочишь ноги, как узник, прикованный к пушечному ядру? — спрашивал Эрран. — Прибавь шагу. Еще немного, и мы выйдем к руслу реки.