История об игроках и играх

– Добрая сказка, – Мефистофель, наконец, оторвался от реактивов.

– Сюжет о Крысолове очень популярен в мировой культуре, к нему обращались и зарубежные, и русские авторы. Мне стыдно, что я сразу не провела ассоциацию, – призналась я. – Тем более, наш колдун пригласил первого пострадавшего именно на «Путешествие Нильса с дикими гусями». И дирижер, насколько я помню, был приглашен из Гаммельна. Иногда я поражаюсь своей слепоте.

– Ты молодец, – мужчина положил свою ладонь поверх моей.

– Почему? – восторг от собственной правоты легко сменился печалью от своей же медлительности.

– Просто так, – улыбнулся Мефистофель. – Ульяна права, у нас редко кого-то хвалят. А людям необходима похвала.

Он задумчиво посмотрел на первую жертву. В его светлых глазах отразился голубоватый свет, отчего они стали казаться синими и практически не отпугивали.

– Чьи у тебя глаза? – неожиданно для себя, спросила я.

Улыбка смазалась с его лица. Мужчина недоуменно перевел взгляд с объекта на меня.

– Пока своими пользуюсь, – медленно ответил он.

– Ты же понял вопрос, – нахмурилась я. – Почему ты никогда не рассказываешь о своей семье, об увлечениях, о своем прошлом? Неужели ты думаешь, что кто-то из нас захочет причинить тебе вред? Почему ты всегда всем недоволен, но ничего не делаешь для того, чтобы что-то изменить? Почему ты такой?

Я быстрым шагом подошла к выходу из лабораторной комнаты. Хотелось эффектно распахнуть дверь и выйти, громко захлопнув ее за собой, но замок заклинило, и я стояла, умирая от унижения и дергая на себя дверную ручку.

– Поверни ручку вниз, – посоветовал Мефистофель вкрадчивым голосом. – А глаза мои похожи на папины, коли тебе так интересно. У моей мамы, кстати, тоже голубые глаза. И у сестренки.

4_4

В лаборатории Сережка работал за компьютером, а Ульяна мирно дремала рядом. У нее была самая удивительная реакция на стресс из всех, какие мне доводилось встречать раньше. Я ожидала истерик, трясущихся рук или требований выделить идеально обученных охранников, однако девушка ограничилась беззвучными слезами в самом парке, нездоровым цветом лица и бесконечной дремой.

– Ей работать не нужно? – спросила я, наклоняясь к уху брата.

– Нужно, – также тихо ответил Сергей. – Завтра День Города. Сейчас я закончу, и мы пойдем в офис Ермакова. Она одна боится.

– И что ты будешь делать, если рядом окажется колдун? – следом за мной из комнаты с потерпевшими вышел Мефистофель.

– Не укладываться в его систему, – Сергей не отрывал взгляда от монитора.