Белые тени, прочные корни. Рассказы и сказки

Она приходит с утра, прилежно стучит по клавишам крошечного нетбука, в обед выбегает перекусить прихваченным из дома интернациональным бутербродом (армянский лаваш, корейский салат, грузинский сыр сулугуни). Вечером, когда становится чуть прохладнее, идёт до метро в компании новых знакомых. В нетбуке множатся файлы с набросками сюжетов, первыми кривобокими рассказами и зарисовками с натуры.

*

«Вчера по дороге опять поспорили о фантастике и реализме. Саша сказал, что это эскапизм, а писать нужно о том, что на самом деле существует, не выдумывая сказок.

– Реализм – это и есть самая махровая фантастика, – возразила я и замолчала, чтобы все успели произнести «Как?», «Почему?» и прочие подходящие междометия и наречия.

– На самом деле копни любого, и у него найдётся в запасе сверхъестественная история, которая приключилась если не с ним, то с близким родственником или знакомым. Вокруг всегда творится что-то волшебное и странное. А реализм исключает его из искусства, превращая жизнь в расколдованный круг. Так не бывает, отсутствие магии – это выдумки.

И снова все стали восклицать разные междометия, кроме Саши, которому ответить было нечего.

Вообще-то всё было не совсем так. Даже, пожалуй, совсем не так (вроде бы всего-навсего перестановка слагаемых, а как меняется сумма!). Ничего внятного я не сказала, и отбиваться пришлось Азиму, как главному поборнику фэнтези. Но это не страшно – скажу в другой раз. Что я поделаю, если умные мысли приходят в голову слишком поздно?».

*

На этот раз Мальвина опаздывает – городские службы, обуянные желанием масштабных перемен, внезапно пустили под снос ряд придорожных магазинчиков, и дорога за одно утро превратилась в суматошную стройплощадку.

В воздухе пыль, на земле мусор. Добираться до метро пришлось в основном по обочине проезжей части.

В десять утра воздух уже обжигает, и Мальвине кажется, что она плывёт в тигле алхимика – вот-вот растворится.

Приёмная – как тенистый, сумрачный оазис посреди асфальтной пустыни. Мадина, привычно невыспавшаяся, стучит на компьютере.

Дверь, едва успевшая закрыться, растворяется снова, и Мальвина поспешно отходит с дороги, пропуская Олега Владимировича с бутылкой воды в руках. Удивлённо распахивает глаза: это совершенно новая серия «Илхом», шестигранник цвета морской волны. Где он такую взял? Но спросить, конечно, стесняется.

Психолог, приветственно кивнув головой, исчезает в своём кабинете. Надо же, и он коллекционер... С другой стороны, «Илхом» как раз означает «Творчество».