Белые тени, прочные корни. Рассказы и сказки

Привидение не замедлило воспользоваться случаем:

– Впрочем, даже блеск луны меркнет перед сиянием ваших чёрных глаз… Они напоминают мне бездонные глаза венецианских красавиц, очаровывавших мужчин одним только взглядом.

– Вы из Венеции, синьор? – пролепетала Служанка.

– Позвольте представиться! – Кавалер снова поклонился. – Джакомо Джироламо Казанова, шевалье де Сейнгаль, к вашим услугам! Венеция – моя родина, моя первая любовь, но знали бы вы, сколько приключений я пережил вдали от неё… Ныне я возвращаюсь из Венеции в ненавистный Дукс, где вынужден проводить это время года.

В ваших краях я проездом, и только счастливый случай позволил мне встретить вас. Это судьба, синьорина!

Ветреная Служанка протянула Казанове руку. Его пожатие оказалось удивительно материальным.

– Ах, расскажите мне ещё о вашем прекрасном городе, синьор!

– Если бы мы с вами могли оказаться там! В Венеции у меня был влиятельный и знатный покровитель, обязанный мне жизнью и богатством. Мне принадлежало роскошное, изящное палаццо.

Вы бы полюбили приезжать в него на гондоле после заката…

Их шаги затихли за поворотом дорожки.

*

Молодой Дворецкий сидел в жёлтой беседке, сжимая горлышко початой бутылки, и нервничал. Служанка всё не шла, и это было странно. Он сам видел из-за портьеры, как она развернула подброшенную записку и вспыхнула от радости. Чтобы подбодрить себя, он сделал ещё один глоток.

– Оооо, горе мне! – раздалось у него над ухом.

– Чего орёшь? – обозлился Молодой Дворецкий, подскочив от неожиданности.

– Тьфу на тебя!

Из стены, увитой плющом, высунулась встрёпанная голова призрака.

– Горе мне, – повторил он. – Оооо.

– Что за горе-то? – поинтересовался от скуки Молодой Дворецкий.

Призрак моментально выбрался из стены и уселся напротив.

– Знай же, отрок, что ты первый обратился ко мне с этим вопросом! И посему поведаю тебе, что меня терзает!

– Давай-давай, дедуся, – подбодрил его собеседник, делая ещё глоток. – Кстати, ты такую симпатичную Служаночку по дороге не встретил?

– Забудь о своей Служанке и внемли мне, неразумный! – возмутился призрак.

– Услышь, что имя мне Мышелов, ибо дом сей был некогда одолеваем мышами. И я, поддавшись на уговоры, купил шесть мышеловок и расставил их на нижнем этаже, где мыши свирепствовали люто. И наутро нашёл в них шесть убитых мышей. Горе мне, горе!

Призрак запустил пальцы в растрёпанные волосы и немножко их подёргал.

– Ну, ну, – похлопал его по плечу Молодой Дворецкий.