Асфодель

Динара, например, – целительница, а про остальных позвольте пока не говорить.

— Хорошо. А что она может исцелять?

— Убирает аллергию.

— Да-а? Астму, например, может?

— У вас аллергическая астма? — поняла фея.

— Да, аллергия на пыльцу, — поморщился шеф.

— Может, проверено.

* * *

Дом ковена Сплетения в Фассане в плане напоминал гантель с утолщением посередине – его крылья представляли собой круглые расширения, и по кругу шло по семь комнат, двери которых выходили в небольшой зальчик, опять же круглый. Именно в эти семь комнат в правом крыле второго этажа Ната с Виктором и запихивали сейчас пятерых детей – от почти десятилетнего Вадима до почти четырёхлетней Динары.

— Яночка, ты какую выбираешь? — спросила фея. — Поскольку ты художница, тебе ведь нужен определённый свет? Мастерскую тоже оборудуем, но не прямо сейчас.

— На северо-запад, — ответила девочка после секундного размышления.

— Это восточное крыло, значит, северо-запад – самая первая комната… Мелания, имей терпение – у тебя будет точно такая же! Виктор, покажи ей пока другие, — Ната наконец смогла выпроводить любопытную Лань и начала показывать Яне комнату.

— А Лиза будет приходить? — заинтересованно спросила девочка.

— Конечно! Хочешь, на все каникулы её пригласим?

— Хочу. Пригласишь?

— Приглашу, только сначала сама немного обживись, хорошо? — фея оставила Яну привыкать к обстановке самостоятельно и поспешила в четвёртую, самую восточную комнату, откуда уже доносилось: «Йа блондинко!»

— Лань, ты эту хочешь? — строго спросила она.

— Точно-точно! — девочке очень понравился небольшой эркер в комнате. – Это на восток?

— Да, точно на восток. Обживайся пока, блондинка! Я посмотрю, кто где, — Ната вышла из комнаты и обнаружила, что Вадим уже занял самую северную комнату, тоже с эркером, а Антон – следующую, расположившись между названым братом и Ланью.

— Ох, Динарочка, а тебе-то из чего выбирать осталось? — спохватилась она – девочка была самой младшей из пятерых и чуть робкой, поэтому фея всегда старалась дать ей возможность выбирать первой, но не выгонять же было теперь остальных детей из облюбованных ими комнат!

— Я на юге хочу, рядом с Ланью, — Динара, будучи наполовину узбечкой, в силу какой-то необъяснимой генетической памяти любила солнце.