Асфодель

Да, всего лишь «кажется», но в тех безжизненных мирах, в которые меня всё время засовывали, не было и этого».

— Йа блондинко! — на мгновение улыбается девушка, ловя приход.

* * *

Два украинских солдата, все в нацистских татуировках, вламываются в квартиру на пятом этаже девятиэтажки в каком-то городе. Город большой и вроде бы тоже украинский – в окно видна вывеска на «мове».

— Выметайтесь! — приказывает один из них хозяевам квартиры – по-русски, ибо это его родной язык, но именно поэтому он ненавидит «кацапов» и «сепаров» куда сильнее, чем даже галичане.

— Куда же нам идти-то? — вздыхает пожилая женщина, к которой испуганно жмётся внук – мальчик лет пяти.

— В подвал валите! — зло бросает солдат с пулемётом.

— Щас, разбежались! — первый солдат выводит хозяев на лестницу и подталкивает их стволом автомата – не вниз, а вверх. — На последний этаж к кому-нибудь идите! И белую тряпку вывесьте в окно, шоб русня не стреляла!

— Тоха, думаешь, русня стрелять не будет? — второй уже установил пулемёт на сошки и торопливо прикуривает.

— Орки, да, — щерится первый, в котором можно узнать выросшего Антона. — Скорее всего не будут, в том-то и дело. Ну так потому мы их и переможемо[2]! Давай пока пристреляемся, что ли?

— Давай по этой вывеске? Орки наверняка с той стороны пойдут.

— Они тебе что, по воздуху полетят? Вот куда надо – по русне этой! — Антон выпускает короткую очередь по какому-то мальчишке, пытающемуся короткими перебежками дойти до другого конца переулка.

* * *

Женщина в инвалидной коляске подъезжает к окну и после нескольких мучительных попыток открывает его. На первый взгляд она очень красивая, но если присмотреться, то становится ясно, что и её янтарные глаза, и волосы цвета тёмного мёда на самом деле нарисованы пеплом.

«Одна и неживая…» — осознаёт женщина. Два дня назад умер её отец – последний человек, ради которого она ещё могла жить. Всё остальное – давно уже сгорело, и теперь осталось догореть только ей самой.

Она берёт со стола ручку, заправленную всё тем же пеплом, и не глядя царапает по листу бумаги – всё уже сказано, всё прожито, и нужно только оформить бумажки.

Перенестись – хотя быВ крылатый путь.Преодолеть – хотя быОбрывки смут.Преобразить – хотя быЗемную твердь.Перелететь – хотя быИз жизни в смерть…[3]

«Ну быстрее же!» — злится женщина на ручку, перестающую писать, если она черкает слишком быстро.