Асфодель

Кстати, Эвелины сегодня не будет, — сообщила девушка, подходя к столику, и Александра чуть не дёрнулась: «Эвелина тоже бывает здесь с ними? Узнать же могла! Удачно получилось, что как раз сегодня её нет».

— Серго, ты что, тоже в дипломаты метишь? — засмеялась тем временем Елена, потому что один из парней попытался в шутку поцеловать ей руку. — И потом, если уж целовать, то всем дамам.

— У нас в политехе этикет не преподают-с, — отшутился парень.

— Вот и не этикетничай, — Елена обнялась с подругой и улыбнулась второму парню.

— Дима, как твоя консервная промышленность?

— Да придираются, — поморщился тот. — Я же слышу, что очень хорошо сыграл, а он говорит: «На такой скрипке любой сможет – вы вот на магазинной попробуйте!»

— Завидует, что ли? — сообразил Серго. — У тебя же этот, как его…

— Бергонци, — напомнил Дима.

— Точно. Дамы, вы что, совсем заучились? Невесёлые что-то.

— И не говори! — устало выдохнула вторая девушка. — Даже в пицце кровавые интегралы вижу. Может быть, по пиву?

— Несси, не подкалывай! — поморщилась Елена.

— Мне после такого детства – хоть в самый дремучий шариат послом, лишь бы выпивки вокруг не было!

«МГИМО, что ли?» — удивилась внимательно слушавшая Панкрашина. — «Ну, насчёт того, чтобы сразу послом – это, понятно, шутка, а вот Олегу надо срочно кое-что сказать», — она набрала на ноутбуке сообщение.

— Давайте, может, к Нате? — предложил в этот момент Серго. — Будем полулёжа есть, как в Древнем Риме.

— Ты что, там же Лань! — ужаснулся Дима. — Она не то что полулёжа – стоя спокойно поесть не даст.

— «Йа блондинко», да, — устало улыбнулась Несси. — Ната рассказывала, что Динара тоже одно время за ней повторять начала, но ей сразу объяснили, что она не блондинка, а как раз брюнетка.

— «Йа брюнетко» – не звучит, и «Йа шатенко» – тоже, — Дима, будучи музыкантом, прекрасно чувствовал именно звучание. — Несси, они же обе на твоих руках выросли с самого рождения? И брюнетка, и шатенка?

— Не совсем на моих, но пелёнки всегда были чистые, — девушка чуть рассмеялась.

— Я в этот пресловутый «седьмой день седьмого месяца» просто прифигела – просыпаюсь от крика, ну и соображаю, что это Оля родилась. Захожу к Даше – так и есть, девочка, вроде всё нормально. И тут Ната ещё одну выносит: «Несси, это Динара». Потом-то, конечно, мне сказали, откуда она взялась, но в первый момент – сам понимаешь, какие у меня глаза были. Ну, Анку с Лейлой сразу спать погнали, и ещё Ната сказала, что будет гонять, пока не поступят, а мы так и начали втроём.