Асфодель

— Ты что, в магазин со списком акционеров идти собрался? — осадил его рассудительный Николаич. — Обналичить же надо сначала.

— А как это делается? — Влад сообразил, что он действительно не представляет, как вывести формально принадлежащий им четверым капитал.

— Я слышал, есть такие конторы… — начал вспоминать Павел. — Эй, ты кто?

— Разве не видно? — отозвался появившийся прямо из воздуха человек, который был в пальто и маске в виде лошадиной головы.

— Коню в пальто – штрафную! — нашёлся Миха, наливая пятый стакан.

Незнакомец выпил, ловко сунув стакан под маску, и спросил:

— Сена нет на закуску?

— Держи! Она же из туалетной бумаги сделана – всё равно что из сена! — Николаич пододвинул тарелку с грубо нарезанной дешёвой колбасой.

— Спасибо, — «конь в пальто» закусил и повернулся к Павлу. — Вы правы, вывести капитал в наличку действительно можно, но делается это путём переуступки акций за половину их номинала наличными.

— То есть мы тебе всё сбрасываем, а ты нам – сразу налом? — Миха сразу понял, о чём идёт речь.

— Воистину! — подтвердил незнакомец. — У вас ведь по двадцать два процента акций? Значит, составляем договоры о продаже, примерно такие, — он пустил по рукам образец.

— Это ты, что ли, Батыров? — спросил Влад, прочитав указанное в договоре имя покупателя. — Алексей Русланыч?

— Нет, я его конфидент, — уточнил «конь в пальто».

— Вы с ним голубые, что ли? — неприязненно посмотрел Павел.

— Конфидент – значит доверенное лицо, — с важным видом разъяснил Николаич.

* * *

— Докладывайте, — на этот раз шеф сразу вызвал и Кузнецова, и Панкрашину. — Лейтенант Панкрашина, вам удалось установить контакт с Кормушиной?

— Да, Владимир Витальевич. В процессе беседы было выявлено, что Валентина также является Лесной Сестрой с даром целительства, — Александра тоже начала придерживаться протокольного языка. — Точное происхождение ювелирных изделий пока не установлено.

— Ладно, давайте уж выражаться по-человечески, — шеф чуть улыбнулся. — Она вам случайно не предлагала какое-нибудь колечко в подарок?

— Я бы всё равно отказалась, — с некоторым сожалением ответила Панкрашина. — Оно наверняка было бы от того же ювелира, а глазастых женщин полно, тем более у нас.

— Совершенно верно. А каким конкретно целительством владеет Кормушина?

— Онкология, но не вся. Только лейкоз.

— Лейкоз?! — подскочил Владимир Витальевич.