Асфодель

Одно только в этой истории хорошо – оказалось, жених действительно её любит! У неё лицо было – ужас-ужас, а он всё равно чуть ли не каждый день приходил… Анастасия, вроде все шрамы я вам убрала, и растяжки от беременности тоже, посмотрите.

— Правда?! Спасибо! — Анастасия засветилась радостью, и это было лучшей благодарностью для феи.

— Уходим, но не прощаемся! — подмигнула Первая сестра, исчезая вместе с Люсей.

— «Натали, утоли мои печали, Натали…» — начала напевать женщина, качая на руках свою малышку.

* * *

— Птица, ты что, собираешься на выпускной бриллианты надеть? — Ната, пригласив Эвелину к себе, сооружала ей причёску.

— Наталь, да знаю я, что это не для выпускного, а для театра или светско-магического раута, — девушка слегка рассмеялась. — Но больше у меня ничего нет.

— А вообще без украшений – тоже плохо, такое платье предполагает соответствующие аксессуары, — задумалась фея. — Что ж, можно приоткрыть тебе не то чтобы тайну, просто мы не хотели говорить об этом раньше времени.

— Да я уже догадываюсь, — улыбнулась Эвелина. — Меня же во сне назвали «Тринадцатой».

— Даже так? Всё правильно, ты – Тринадцатая. Последний маг внешнего ковена.

— А кто тогда предпоследний? Нас же, получается, только двенадцать.

— Не знаю, и лучше бы он пришёл к нам попозже! Не стоит торопиться собирать полный тройной ковен.

— Почему? — не поняла девушка.

— Потому что после этого наступит время жатвы, — фея печально улыбнулась. — Что, если Творец рассудит, что наша миссия на Земле завершена, и призовёт нас воссоздавать другие миры? Ты, наверное, знаешь, что их много.

— Да. Инесса ведь из другого мира, правильно?

— Правильно. А в её мире осталась сестра Алины, она тоже фея Земли. Так, Птица! Подожди пока здесь, я быстро! — Ната исчезла, но вернулась действительно очень быстро.

— Заказала тебе магические регалии, — пояснила она.

— Подожди! — Эвелина поняла, какой вопрос не даёт ей покоя. — Но если я тоже маг, то какой у меня дар?

— Вот этого я тоже не знаю, — ответила Ната. — Знаю только то, что он проявится лишь тогда, когда к нам придёт двенадцатый маг.

* * *

В однокомнатной квартире Андрея Митрофановича было тесно от молодёжи, но он лишь радовался этому, тоже чувствуя себя молодым.