За Жизнью

Крик застрял в горле, не в силах пролиться на свет. Сейчас он не хозяин своего тела. В данный момент он — марионетка в руках старца-кукловода.

«Чтоб тебя, старый, — подумал призрак. — Лучше мне ослушаться тебя и гореть в ущелье, чем слышать такое. Такое только в кино можно увидеть!»

«Я тебе говорил, увиденное тебя не обрадует, но эта правда твоей жизни. Повторяю, тво-ей», — услышал парень в голове голос старца. По слогам, как гвоздь, вбивал ему то, что это не сон и не чужая жизнь.

«Вот же засада, лучше не думать совсем.

Старик ведь читает мои мысли».

«И ты об этом забыл».

— Так, хорошо,— взял себя в руки доктор, откинувшись на спинку стула. Пальца его стучали по коленям. — Допустим, я Вам верю, только на время, — уточнил доктор. — Что заставило Вас так думать?

Девушка, поколебавшись, достала телефон из кармана. Немного повозилась в нем, эмоционально тыча по экрану, явно не в состоянии справиться с нахлынувшими эмоциями. Доктор по выражению ее лица понял: она что-то ищет и хочет ему показать.

Так и оказалось — спустя мгновение он увидел на экране фото. Ее фото, той, что сидела напротив. И это были два разных человека. От увиденного доктор трижды испытал шок. Мороз пробежал по его коже.

На него с экрана смотрела девушка с разбитым лицом, с разбитой головой, волосы слиплись от крови. Нос неестественно повернут в сторону и опух. Под глазами синяки, точно черные кратеры. Левый глаз, заплывший от гематомы, был закрыт черным мешком запекшейся крови.

Разбитые губы, казалось, облили синими чернилами.

Слов у доктора не нашлось. Голосовые связки сковало, словно его душили. Как такое случилось... Или, постойте-ка... Врач перевел взгляд на неподвижного пациента на больничной койке, затем на женщину, сидящую перед ним, а потом снова на фотографию.

И облизал пересохшие губы.

«А может, это фотомонтаж? Кто докажет…»

Поймав взгляд доктора, девушка провела пальцем по экрану телефона.

— И вот я, видите?

На экране было фото с ее синими руками и ногами.

Следы от пальцев, держащих в цепком захвате. Синяки под ребрами, происхождение которых не столь очевидно. Руки оставили это или ноги, а может и палка. То, что она подвергалась насилию, — это факт, и доктор понял причину подобного поведения супруги.

— И это часть того, что было на протяжении десяти лет. Ему ничего не стоило взять тарелку и запустить в мою сторону. Однажды... я просто не успела увернуться... может, уже и не хотела...