Ветер

Астраханова опустила взгляд и обомлела — от кисти до локтя тянулась вереница переплетающихся друг с другом символов, создававших один красивый рисунок.

— Ни о чем! Совершенно! — громко воскликнула Катя и топнула ногой, разворачиваясь лицом к лежащей Василисе. — Как ты вообще умудрилась приползти на ту поляну?! Так ладно еще поляна, это пол беды, что ты делала в мире Сомниума?! Это его знак! Его обручальное кольцо! — схватилась за голову Катя, от безысходности оседая на пол. Василиса не знала, что и сказать, чтобы хоть немного успокоить ее.

С ней случилось то, чего хотели и боялись все девушки в деревне — метка Сомниума. К ней посватался Господин Ветер, бесцеремонно врываясь в жизнь. Как и стихия, он был буйным и вздорным в книгах и сказках, передаваемых из рук в руки девушкам.

Но, встретив его в том мире, Василиса не могла сказать, что он безнравственный и шумный. Скорее наоборот.

Она покраснела, лишь только подумала про Сомниума, его образ сразу всплыл в памяти: будто свет освлепительно-белый, невинный силует с птицей на руке.

Катя, наконец, встала с пола и зашуршала по полкам, порой сбивая случайно задетые книжки по магии или зельеварению. С очередной полки она смогла достать какую-то безделушку — оберег — и торжественно вручила Василисе, чтобы та побыстрее надела его на шею.

— Он убережет тебя, ласточка. Все, ступай, не забудь про оберег!

Вася согласно покивала и юркнула за дверь, убегая по лесным очищенным тропинкам, радостная, как никогда в жизни.

На старую поляну забрели новые ведьмы, осторожно озираясь по сторонам, лишь бы не попасться на уловку «Мстительного Духа». Василиса махнула рукой над новым железным котлом, и гости увидели проход, выводящий их из леса. Она уже долгие годы известна как «Спасительница Нелиса» лишь из-за того, что выводит непутевых дураков из своей части леса.

Ревнивая жена Господина Ветра. Никому не дает даже глазом на него посмотреть.

— Зачем ты меня украл, Господин Ветер? — Василиса в очередной раз счастливо погрузилась в вопоминания, когда так же случайно забрела в мир её любимого мужа, да вот выбраться не смогла. И, собственно, не хотела — слишком все было гладко здесь. Ни времени, ни дня, ни ночи. Лишь животные и эльф.

— Ты сама ко мне пришла.