Пламя потустороннего

Зато Тсуне повезло удачно контратаковать, однако пришлось быстро ретироваться на безопасное расстояние: ему хватило бы одной пропущенной атаки, чтобы бесславно умереть. Приходилось быть крайне осторожным.

Лишь однажды Гриммджо дал ему небольшую заминку. Икс-Баннер только начал накапливать энергию, но инстинктивно Гриммджо почувствовал смертельную опасность. Нельзя было играться с жертвой больше.

— Что бы ты там ни пытался использовать, оно слишком медленно, — усмехнулся немного надменно. Не давал он противнику атаками покоя.

— Ты ведь должен знать это лучше, чем кто-либо. Или же то был жест отчаяния? Ты уже на пределе или понял, что без той техники тебе не победить?

— Ты разговорился, — сухо отметил Тсуна, стараясь сохранить ровное дыхание.

Поспевать за противником ему и правда приходилось тяжело. Каждый раз он был на грани, редко урывая шанс для скользящей, бесполезной атаки: кожа врага была словно крепче стали. Не оставалось ни царапин, ни ожогов. Икс-Баннер, как верно было подмечено, действительно оставался последней надеждой.

Гриммджо недобро улыбнулся, ногтями касаясь лезвия меча. Что-то ёкнуло в голове Тсуны, крича об опасности. Поздно среагировал он, что стоило не отступить, а атаковать.

— Грызи, Пантера!

То, что предстало перед Тсуной, лишь отдалённо напоминало человека. Осталось только лицо, всё остальное изменилось: уши, зубы, руки, ноги, волосы, даже одежда. А ещё у Гриммджо появился хвост. Он даже шевелился, доказывая, что не является частью одежды.

Тсуна не дрогнул, напряжённо изучая противника взглядом.

Страх разошёлся по телу, но ему ни в коем случае нельзя было давать волю. Тсуна оставался полным решимости победить. У него не было другого выбора.

— Ты такой же, как он, — с презрением произнёс Гриммджо. Смотришь так, словно можешь победить, но при этом не испытываешь ни капли желания убить меня. Ненавижу таких, как ты.

Тсуна испугался. Его едва не парализовало от страха, когда с увеличенной скоростью Гриммджо переместился ему за спину. Спасло только обильно выпущенное пламя, ставшее щитом.

Оно не спасло от атаки полностью, но замедлило — Тсуна отлетел к одному из столбов. Кровавый кашель указывал на сломанное ребро.

— Тц, всё закончилось слишком быстро, — оказавшись прямо перед раненым Тсуной, недовольно произнёс Гриммджо, отчасти сожалея, что высвободил занпакто. Человек перед ним уже был для него мертвецом с вырванным сердцем. Тело просто упало, разбилось о песок. Гриммджо же опустился не спеша. Встал напротив второй жертвы.