Двенадцатая ночь

Благо, скоро начнёт темнеть, и возвращаться я буду, не рискуя во что-нибудь случайно врезаться.

Проходя мимо того самого кафе, где повстречала Люцифера, я с улыбкой вспомнила о случайной встрече и последовавшим за ней снежным боем. Но заходить внутрь на этот раз у меня не было ни веской причины ни желания. В хорошие совпадения я всё равно не верила. Да и что бы я сказала?..

Дойдя до магазинчика с праздничной атрибутикой, где также продавались эксклюзивные наборы для глинтвейна, я задумчиво замерла напротив витрины.

Каково же было моё удивление, когда зайдя внутрь, я так и не смогла ничего купить. И совсем не по той причине, что не смогла определиться.

— Мы ничего не продаём детям. Извини, девочка, — произнёс добродушно пожилой мужчина, внимательно на меня посмотрев, будто хотел убедиться в чём-то.

— Но я не… — начала я, но тут увидела отражение в стекле шкафа-витрины.

Продавец не ошибся, и я действительно выглядела как десятилетняя девчонка. Одежда на мне тоже изменилась. Так, например, вместо родного плаща на мне оказалась розовая курточка с котятами, дополняла которую белая вязаная шапочка с ушками.

Растерявшись и больше не сказав ни слова, я выбежала на улицу, надеясь застать шутника. Однако никого поблизости не оказалось. А стоило мне отойти, как в витринах снова отразилась прежняя я.

— Кто бы ты ни был, тебе это с рук не сойдёт, — сердито произнесла я вслух, решительно настроенная на разборки.

Но самые неприятные открытия ещё поджидали впереди. Спустя некоторое время, выяснилось, что личина ребёнка всякий раз появляется, как только я приближаюсь к заведениям с возрастным ограничением или там, где нельзя было находиться без сопровождения взрослых.

Шутка затянулась, а терпение уже кончилось. Только попытки избавиться от сего «проклятия» тоже успехом не увенчались. Тот, кто сотворил это со мной, обладал каким-то запредельным уровнем по части иллюзий.

Расстроенная, но ещё не готовая признать поражение, я села на припорошенную снегом скамейку напротив магазина табачных трубок. Вид у отражавшейся в витрине девчонки вызывал жалость и желание успокоить.

— Девочка, ты потерялась? — заботливо осведомился доброжелатель, голос которого сразу показался мне знакомым.

— Люцифер? — не поверила своим глазам я.