Мой рай цвета "Индиго"

— Что мне нужно сделать? — в горле пересохло, Алекс всё ещё не до конца верила, что это не шизофрения.

— Вам дали силу, — старик снова повернулся к океану и втянул ноздрями солёный воздух. — И только вам решать, как ей воспользоваться.

— Это со мной навсегда? Я теперь постоянно буду слышать чужие мысли? Эти голоса… они сводят меня с ума, — Алекс потёрла виски и шумно выдохнула.

— Каждый из нас делает свой выбор сам. Ты можешь отказаться от своего дара. А можешь использовать его во благо. Сила даётся раз и навсегда.

— Кажется, у меня теперь нет выхода, — Алекс провела большим пальцем по губам. — Я не могу… не могу потерять Феда.

Старик улыбнулся и ничего не сказал.

Внезапно Алекс ощутила мокрое пятно на своей ладони. Опустив глаз, заметила, что пёс уткнулся носом в её руку. Алекс улыбнулась, потрепала собаку за уши и только хотела задать ещё один вопрос про Дена, как заметила, что старик исчез.

— Я не могу его потерять… — прошептала девушка, и слова тут же растворились в летней прохладе, уносимые ветром к бескрайнему океану.

К глазам подкатили слёзы. Алекс ощущала, что плачет не только в медитации, но и наяву, но остановится уже не могла. Взвыв от боли, что сковала её грудную клетку, она вдруг ощутила, как теплая ладонь легла на её плечо, а после проскользила по спине.

— Что ты видела? — с тревогой спросил Фёдор.

Алекс тяжело дыша упала на грудь парню. Она хотела набрать побольше воздуха, рассказать всё, что видела, но не могла вымолвить ни звука. Водоворот ощущений затянул в самое недро боли и не хотел отпускать. Громко всхлипывая, девушка роняла слёзы на футболку Феда, молясь, чтобы у них всё получилось.

— Тише, тише, — губы Феда нежно касались мочки уха, а руки дарили тепло где-то в области поясницы.

Алекс вздрогнула, когда горячая ладонь оказалась у неё под футболкой, отстранилась от Феда и внимательно посмотрела ему в глаза. Они оказались полными тепла и… желания? Второй рукой парень вытер слезы с щёк девушки и ещё сильнее притянул её к себе. Внизу живота запульсировало, когда крепкая ладонь поднялась выше, приподнимая футболку и оголяя живот.