Чистые души. Книга 1.

Её голос просел, она тряхнула головой, отгоняя слезы:

— Чтобы ты сделал для меня всего две вещи. В память о былом. О тех днях, когда я... — всхлип, — была так молода и любила тебя. Ты ведь знал, что я любила тебя! Ты не мог не знать, ты это чувствовал!

Она закрыла лицо руками. Семён молча погладил ее по спине.

— Так что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Найди того негодяя. Пусть он заплатит сполна за всё! Обещаешь?

— Что еще?

— Что ещё? Ничего. Да, проверь Гришаню. Вдруг это он сделал? Ты ведь не знаешь... мы расстались очень плохо.

— Разве? Я думал, он нашел другую, а ты его отпустила?

— Я не говорила... он ревновал к тебе постоянно. Он ведь колдун и знал, что я чувствовала к тебе и что к нему. Он сравнивал и ему не нравилось то, что он видел. Мы начали ссориться... потом всё стало ужасно.

— Я проверю его, хорошо. Не думаю, что это сделал он. У Гришатки никогда не было таких способностей. Мне рассказать ему о тебе, когда я его увижу?

Она покачала головой:

— Ни к чему. С ним все было ярко — эпоха неона.

— Хорошо.

Она подняла голову. Глаза у Марфы были красны от слез:

— Обещаешь? Сделай это ради меня, а не по контракту!

Он тяжело вздохнул:

— Я не могу. Ты ведь знаешь.

Она кивнула, шмыгнула носом:

— Знаю. Вот...

Из кармана она достала смятый, политый слезами листок.

— Знала, но надеялась, что хоть теперь ты... А, не важно! Тут все написано и стоит моя подпись. А оплата... помнишь, что из моих вещей тебе нравилось? Так вот, забирай их.

— Спасибо, Марфа, — он передал бумагу Ра.

Марфа допила остатки из чашки и встала:

— Ну что ж, прощай!

— Куда ты? Оставайся.

— Слишком мало мне осталось, чтобы тратить время на бездушную сущность не способную любить.

Он развел руками:

— Что уж есть. Но куда ты направишься? Скажи мне, если найдется выход, мне нужно будет тебя найти.

Она горько усмехнулась:

— Не пытайся всучить мне эту ложь, не пытайся завернуть в надежду пустоту, как цыганка дрянной товар в цветную бумагу! Впрочем, нет секрета, куда я еду.

Она махнула рукой и пошла в прихожую, качаясь и всхлипывая. Ра протянула ей руку, но Марфа покачала головой и прижала девушку к себе:

— Не трать жизнь понапрасну, милая! Прощай.

Хлопнула дверь. Семен сел в кресло.