Грум

Через десяток шагов я в порядке эксперимента использовал одну за другой семь сканирующих Формул. Безрезультатно – все они показали, что я нахожусь на самом обычном и, к тому же, совершенно открытом пространстве. А вот стабилизирующий узор подействовал на субреальность немного иначе – стена по правую руку от меня сделалась рельефной и выгнулась, покрывшись густой сетью из микроскопических трещин. Посмотрев на них, я увидел, что поверхность медленно расползается и осыпается на пол, а из-под неё проглядывает нечто блестящее и словно отполированное.

– Идём-ка дальше. – сказал я. – И, дружище, будь готов к тому, что в конце коридора окажется какая-нибудь дичь.

– Ночной океанический пляж?

– Запросто.

– Анг, ты это серьёзно?

Я коротко оглянулся.

– Вполне.

Однако реальность оказалась ещё интереснее, чем я думал. Десяток шагов спустя коридор свернул, и мы увидели, что пространство между стенами заполняют белесые туманные космы. Джим скептично прищурился.

– Это нормально?

– Да. – я прислушался к ощущениям и принялся экспериментировать с поисковыми Формулами.

– Что-нибудь выяснил? – спросил в конце концов Джим. Посмотрев на него, я разочарованно покачал головой:

– Нет. Здешняя субреальность, повторюсь, какая-то нестандартная. Словно она не первичное искажение, а вторичное. Следствие возникновения чего-то более мощного.

– Окей. Что будем делать?

– Придётся зайти глубже.

– В туман?

– Да. Хотя бы шагов на пять.

– А нас там что-нибудь по-тихому схватит, да?

Я рассмеялся.

– Нет. Если в этом тумане что-то и есть, то оно не близко. Я бы почувствовал.

Джим посмотрел в мутную глубину коридора.

– Ладно, Анг, как скажешь. Веди.

Мы неторопливо зашагали в туманной дымке.

– А ты не мог бы разогнать весь этот туман? – спросил Джим через несколько секунд неудобной прогулки. – Ну, как ты сделал с той пылью в...

– Стоп! – стены коридора внезапно исчезли, и я почувствовал, что пространства вокруг становится всё больше и больше.

Джим дёрнулся и тихо сказал:

– Некуда, Анг.

Мы осмотрелись. Очертания коридора, которые всё это время угадывались вокруг нас, куда-то исчезли. Мы стояли посреди обширного пустыря, а под ногами у нас был не синтобетон, а утоптанная до окаменевшего состояния почва. Присмотревшись, я различил торчащие из тумана редкие островки пожелтевшей травы.

– Анг?

– Какие у тебя с собой виды боеприпасов? – спросил я.