Обычные люди

Жизнь продолжается, и в понедельник меня снова ждёт наш уютный офис, немного надоевшие канцтовары и дружеские перепалки с неотразимой Ингой.

Конечно, смерть Василия Петровича начнут ретиво расследовать и не только официальные власти, но и его охрана, которой семья погибшего наверняка предложит большие деньги, чтобы найти убийц и жестоко их покарать.

Но профессионалы на то и профессионалы, чтобы не делать глупостей. Прикинув дальность выстрела и оценив ресурсы, которые понадобились для реализации такой акции, профессионалы неизбежно придут к выводу, что здесь действовали спецы, работающие на одну из супердержав.

Шутка профессиональных сыщиков о том, что при расследовании преступления и поиске его организаторов самое главное в конечном итоге вдруг не выйти на самих себя, является шуткой только отчасти. Такие преступления обычно не раскрываются, да никто и не горит стремлением во всеуслышание объявить себя героем, так как самоубийцы среди профессионалов встречаются нечасто.

Глава 3. Китаец.

Волк в овечьей шкуре

“Если на клетке со львом написано

“Осел” – не верь глазам своим!”

Козьма Прутков

Как-то всё это неправильно, непонятки какие-то. Я стою справа от двери в камеру, лицом к стене, руки за спину. Сзади меня охранник, возле двери вертухай гремит связкой ключей, собираясь открыть дверь в плохую хату. Почему плохую? Да потому что это пресс-хата, так что уж чего в ней хорошего. А почему неправильно? Есть в наших тюрьмах такая практика, чтобы сломать заключённого, посадить его к работающим на администрацию тюрьмы отморозкам.

По закону вроде бы и не положено, но тюремному начальству законы не писаны. Здесь начальник — это царь и бог.

Короче, на первый взгляд, полный беспредел. Но на самом деле внутренние неписаные законы здесь всё-таки есть, и они, как правило, соблюдаются. Поэтому существование пресс-хат тоже, хоть и с трудом, можно объяснить этими негласными законами.

Неправильно другое. Заключённых в такие камеры закидывают по одному, но никак не парами.

А сейчас, кроме меня, слева от двери, в такой же раскоряченной позе стоит ещё один заключённый. Да не какой-нибудь там рядовой урка, а один из самых известных правильных законников, Давид по кличке «Наваха».

Вот это уже действительно полный беспредел. Случай беспрецедентный, администрация пошла на рискованный шаг, поскольку Давид, один из самых авторитетных воров, и как отреагирует криминальный мир в тюрьме, да и по всей России, трудно предугадать.