Арфист

— Прогуляемся? — предложил я.

— Давай. Зачем ты позвонил?

Теперь уже в звучании белой и фиолетовой струн появился оттенок нетерпения. И (ничего себе сюрпризик!) за белой и фиолетовой у нее мощную тему выводила желтая. Жадность, погоня за удовольствиями. Это не ко мне, конечно — что возьмешь с бедного студента? Но с кого-то ведь она это получает! И хорошо, если с родителей. Оля, похоже, не привыкла себе ни в чем отказывать. Ее льдисто-голубая струна тоже подтягивала. С оттенком расчетливости, способной со временем дополниться властностью.

Неприятная ассоциация со звучанием Полтавского резанула как ножом. Да уж, слепой, как крот, и глухой, как пень! Нельзя настолько клевать на внешность! Однако и молчать я больше не мог.

— Оля, как ты ко мне относишься?

— Странный вопрос. — Она натянуто улыбнулась. — Сам-то как думаешь?

— Я хочу услышать от тебя.

Подключилась багровая струна агрессии. Пока не очень сильно, с оттенком раздражения в стиле «Только не это! Не заводи таких разговоров!»

— Ну хорошо.

Ты мне нравишься. Очень. Не буду говорить, что прямо люблю тебя — я такими словами не бросаюсь, и для них, наверное, пока рано, но сейчас мне нравятся наши отношения.

— Сейчас — это пока не закончим институт?

Белая и льдисто-голубая струны Оли подтвердили мою догадку: конечно, ведь потом ей уже не надо будет помогать с учебой. Моя функция в ее жизни предельно ясна. А в дальнейшем она себе еще кого-нибудь найдет, поперспективнее. А может, и уже нашла — для денег и удовольствий. Да, точно нашла! О как! Впервые я ощутил в полной мере негативную сторону своего дара.

Хорошо уметь разбираться в людях, но горько осознавать, что тебя используют.

— Ну, возможно... Я еще не знаю, куда хочу пойти работать.

Ложь — все она знает: аквамариновая струна дала фальшивую ноту.

— Ты уедешь, — произнес я с видимым спокойствием, которого, впрочем, совершенно не ощущал. — В Москву.

— С чего ты взял?

— Я знаю.

— Да ты у нас экстрасенс!

Светло-зеленая струна чувства юмора звучала в унисон с белой, в сумме давая очень неприятный оттенок насмешки.

— Именно.

— Тогда скажи, о чем я сейчас думаю?

Я посмотрел ей в глаза и медленно произнес:

— О том, как я тебя достал. И что неплохо бы поскорее завершить этот вечер, постаравшись со мной не поссориться — ведь скоро сдавать перевод по английскому и еще несколько тестов. А еще ты удивлена и слегка напугана тем, что я оказался вовсе не таким наивным болваном, как ты думала.

Воцарилось молчание.