Королева под снегом

– Ты служил в армии? – спросила его Сэм.

– Не я, мой отец. В бронетанковых войсках, в Ираке.

– Спасибо Тони, – скрипнул зубами Фергюс.

– Какой Тони? – спросила Сэм.

– Тони Блэр. Забей. Это всё древняя история.

– Лучше не говорить нам про арабов, вот и всё, – раздраженно фыркнул Фергюс.

Сэм приняла к сведению, неприятно пораженная гримасой отвращения на его лице.

– Я этого не говорил, – заметил Элиот. – Это не они послали моего старика под пули.

– А как насчет чернокожих? С ними можно говорить? – вдруг спросила Сэм, вызывающе вздернув подбородок.

 – Или вы предпочитаете только белую компанию?

– Мы не расисты, – запротестовал Элиот. – Я сам наполовину поляк. И еще у меня друзья повсюду, сечешь? – Он стал загибать пальцы: – Пакистанцы, индийцы, итальянцы, латиносы…

Она с сомнением поджала губки, и он продолжил, исполненный надежды, глядя ей прямо в глаза:

– Южноаф…

Фергюс ткнул его локтем, и Элиот залился краской. Сэм отвернулась, пряча улыбку. «Туше!» – сказала она себе.

Они вышли из вагона, смеясь, потому что Фергюс продолжал передразнивать Элиота, перечисляя овощи: картошка, порей, огурцы, помидоры… Парни показали ей полицейский участок на другой стороне улицы.

– Вон тот дом.

Сэм набрала в грудь побольше воздуха. Любое столкновение с официальными властями, будь они воспитательными или медицинскими, вызывало у нее опаску, плавно переходящую в ужас.

– Вы подождете меня? – спросила она дрогнувшим голосом. – Я хотела бы вас отблагодарить.

Угощаю. Есть неподалеку кафе, куда я могла бы вас пригласить, типа «Старбакса»?

– Мы в такие не ходим, – ответил Элиот. – У нас своя гордость.

– Там дорого, и в этом районе их всё равно нет, – с фатализмом добавил Фергюс.

Элиот указал пальцем в конец улицы.

– Видишь железнодорожный мост? Перейдешь через него. Сразу за ним, справа, есть маленький индийский ресторанчик. Мы будем ждать тебя перед ним.

* * *

Сэм поднялась на крыльцо полицейского участка. Человек десять ждали своей очереди сделать заявление, и телефон звонил не переставая: непогода вызвала много несчастных случаев.

Полицейские сновали туда-сюда, бросая «врачебные» взгляды на человеческий материал, с которым предстояло работать.

Наконец перед ней открылась дверь кабинета. Сэм прочла имя на бейджике, приколотом к гимнастерке его хозяйки: Ребекка Бёрдлоу. Женщина поморщилась, узнав, что Саманта иностранка, и поверила ее возрасту, только внимательно изучив паспорт.