Музыка мертвых городов

— Все меняется, Велес. Даже я. — женщина улыбнулась, накидывая капюшон. — Так ты сказал Юрию? Вот и я изменилась вслед за тобой. И влюбилась, как последняя школьница в своего учителя.

И следом прозвучал такой яркий перезвон ее смеха, что бармен даже забыл, кто именно перед ним. А она — забыла, что сама его поставила вечность назад за эту стойку, подарив все и сразу и тут же это отобрав. Да, у бессмертных нет шанса что-то изменить в своей судьбе. В отличии от смертных.

Уж Смерть-то понимала это слишком хорошо.

Но любить-то им не запрещено.

Других. Себя. Целые миры.

Молча выпили, смотря друг другу в глаза. Бесконечная тьма и там, и там. Только у одного из собеседников лишь две угольные точки зрачков, у собеседницы все пространство между ресницами залито мглой. Но даже это не могло скрыть, что эти двое хотели бы отдаться пылающим чувствам, но...

Бессмертным ничего не изменить в своем предназначении. И они навсегда останутся теми, кто есть.

***

А в это время двое шли по разрушенному городу. Он смотрел на нее, она же смотрела вперед.

Этот мир разучился любить. Но она верила, что может ему напомнить, несмотря на боль и ужас болезни, что пожирала его изнутри. Шедший рядом с ней же... просто знал, что будет помогать ей во что бы то ни стало.

Ради глаз той, что приходит во снах. Ради ее улыбки.

Ради надежды, что он наконец-то снова дома. В том мире, где он еще умел любить. И его пальцы еще знали мелодии песен о счастье. Когда он был просто человеком, а не указывал заблудившимся немертвым дорогу к Стиксу и лодочке Харона.

Он истоптал десятки миров в поисках этого.

Того самого, который он любил и ненавидел всем сердцем. Ведь он подарил и забрал все то, что было дорого и важно.

Точнее, музыкант так думал до сего дня. А теперь... теперь в глазах снова затеплилась...

— Надежда.

— А, что? — удивился он, сбитый с толку ее голосом. — Что ты говоришь?

— Говорю, меня зовут Надежда. Мама так назвала. Говорила, что потом пойму, когда придет мой черед. И чтобы я нашла папу. А я даже не знаю, где его искать, — девчонка, которой на вид было лет 12-13, печально вздохнула.

— Мама только сказала прийти к бару с вывеской «Меж двух миров», когда будет очень трудно.

Она украдкой смахнула слезы с глаз, но он все равно заметил и замер в нерешительности. Что сказать? Что делать? Как быть? На эти вопросы у него не было ответов.

— Мы найдем его. Обязательно, Надя. Только сначала надо разобраться с этим ужасом вокруг. И я знаю, кто нам может помочь.