Женька и миллион забот

— А то сейчас найду сама, по заднице нашпинделяю[1]! Будешь знать в следующий раз, как разыгрывать. 

В дальнем углу комнаты на полу что-то зашевелилось. Темный, маленький комочек. 

— Вот так всегда! — огрызнулось нечто серое, похожее на не в меру упитанную крысу или морскую свинку. И нехотя направилось к Женьке, мелко перебирая короткими пушистыми лапками по паркету. Коготки отчетливо клацали в тишине ночи. — Сплошные угрозы. Стараешься, стараешься, из кожи вон лезешь, чтобы сделать для этих людей что-нибудь хорошее, и никакой тебе благодарности… — оно вытащило откуда-то платок и шумно сморкнулось, продолжая приближаться.

Женька заворожено следила за неизвестным посетителем. Только когда существо выбралось в пятно света, она сумела его как следует разглядеть — маленькое, чуть больше крысы, бесхвостое, покрытое пушистой, серой шерстью, с большими черными глазами и носом-пуговкой… Оно ей кого-то напоминало. Но вот кого? 

— Ты кто? — это был первый и закономерный вопрос, который пришел ей в голову.

— Кто-кто… — ворчливо произнес некто, он подобрался к постели, и в ту же секунду вспрыгнул на нее, ловко, одним неуловимым движением, точно кошка, что совсем не вязалось с его обликом ленивого увальня. — Ангел я. Вот кто. 

— Ангел? — оторопело переспросила Женька. На мгновенье забыв о боли в лодыжке, она машинально поджала ноги, словно боялась, что этот самый «ангел» сейчас вцепится ей зубами в пятку и утащит под кровать, а там… а что там? Пыль там, вот что.

Существо по-прежнему передвигалось на задних лапах, надвигаясь по одеялу на нее. Черные блестящие глазки смотрели сердито и даже несколько раздраженно. Существо повело носиком из стороны в сторону, потом сморщилось и шумно чихнуло, в его передних лапках, очень похожих на крохотные ручки, появился платок, оно высморкалось. Женька узнала свой кружевной платок, который ей когда-то дарила Ниночка на день рождения.

— А где же твои крылья? — не без сарказма поинтересовалась художница, складывая руки на груди. 

Существо село, тяжело вздохнуло, платок из лап исчез, как по мановению волшебной палочки: 

— В сущности, я уже давно перестал удивляться, — гнусавый голос в тишине комнаты прозвучал достаточно громко. — Знаете ли, все задают одни и те же вопросы, словно с фантазией не в порядке. Крылья! — оно хмыкнуло, саркастически перекосив мордашку.