Образы чужих миров

На эту роль лучше всего подходила мачеха художника. Славная добрая женщина. Она относилась к тем немногим людям, к которым отец парня мог прислушаться. Та с готовностью откликнулась, похвалила за правильное решение. Заметив неуверенность пасынка, она сказала:

— Доверься мне. Я всё устрою.

Спустя год, в очередные рождественские каникулы, юноша делал вид, что погружён в учёбу и готовится к предстоящей практике в юридической фирме. Лишь бы не встречаться с отцом. И тут он получил приглашение на семейный ужин в каком-то новомодном ресторане.

Вот только по указанному в приглашении адресу никакого ресторана не было. Там находилась художественная галерея.

У входа ждала добрая мачеха. Она радостно помахала молодому художнику и продолжила приветствовать гостей галереи, а их собралось не меньше полусотни. К вечеру в зале галереи яблоку было негде упасть. Множество важных людей, и в первую очередь знакомые отца.

— Я увидел, что всюду развешены мои работы, — продолжил старик. — Удачные и неудачные, законченные картины и даже наброски, к которым я потерял интерес.

У меня подносились ноги, дыхание перехватило. Я едва не рухнул в обморок. А к отцу то и дело подходили его хорошие знакомые, друзья и коллеги. Они хвалили меня и поддержку семьи, желали успехов. Отец кивал, улыбался, что-то отвечал. И только я мог угадать, что он в полной растерянности, а ведёт себя так, потому что не знает, как реагировать.

Гости разошлись, галерея закрылась. Парень с отцом и мачехой стояли у закрытой двери галереи.

Огни вокруг рекламы с именем молодого художника погасли. Отец сказал:

— Не самый лучший способ открыть мне правду о своих предпочтениях.

Юноша не сразу нашёлся с ответом, потому что и сам был припёрт к стенке неожиданностью случившегося. И тут он с опозданием почувствовал, что нет пути назад. Невозможно что-то изменить и сделать правильнее. Так чего же стесняться и переживать? И тут его будто прорвало. Он вывалил на отца всё, что накипело, всё, что копилось годами, но так и оставалось невысказанным.

Отец внимательно выслушал. Он не кричал, не проклинал и не обещал выставить из дома и переписать завещание, если непутёвый отпрыск не одумается. Он лишь вздохнул и ответил:

— Ты — мой сын. И я должен принимать тебя таким, какой ты есть. Ты не умрёшь голодной смертью и без крыши над головой не останешься, но во всём остальном не жди от меня помощи. Просто помни, что это твоя жизнь, твой выбор. И последствия этого выбора полностью принадлежат тебе.