Образы чужих миров

То ли она не отнеслась серьёзно к детскому предостережению, то ли просто забыла. Её избранником стал недавно назначенный молодой констебль. Красавчик, завидный жених.

Какое-то время всё шло замечательно. До тех пор, пока муж не показал себя патологическим ревнивцем. Дальнейшее – постоянные побои, переломы, выкидыш, бесконечные оскорбления и унижения – подтвердили правоту слов моей кузины. А несчастная женщина двадцать лет не решалась обратиться в полицию за защитой.

Другой интересный случай связан с моим детством. Однажды мне приснилось, что я внезапно стал взрослым.

Я прогуливался по Лондонскому зоопарку в компании совершенно незнакомого мне мальчугана. Во сне я не узнавал в нём родственника или друга, но всё равно чувствовал, что испытываю к нему глубокую симпатию.

В какой-то момент некто с размытым лицом поздоровался со мной и спросил:

- Роберт, неужели это твой…

- Нет-нет, это мой племянник, - поспешил ответить я. – Оуэн.

И вот, спустя не знаю сколько световых лет, моя беременная сестра вместе с мужем выбирала имя для ребенка.

Я и ляпнул:

- Если будет мальчик, то, может быть, Оуэн? Отличное имя.

Толком я не помнил тот детский сон. Мне просто хотелось поучаствовать в их выборе, и я назвал имя, крутившееся где-то в подсознании, но сестра с мужем вдруг оживились. Итог – моего племянника зовут Оуэн Дэвис. И я не раз и не два водил его в Лондонский зоопарк.

В 1978 году я заканчивал колледж и готовился к выпускным экзаменам. Очень много готовился. Поэтому неудивительно, что заснул прямо за письменным столом.

Мне снился тёплый осенний день. Я стремительно бежал куда-то по незнакомой улице неизвестного мне города. Кто-то бежал рядом со мной, кто-то обгонял, но финишем для всех был магазин бытовой электроники, где на витринах светились экраны телевизоров. Маленькие, большие и просто огромные экраны передавали одну и ту же картинку – небоскрёбы.

Кто-то спрашивал в толпе:

- Это что, взрывы?

Кто-то отвечал:

- Нет. Самолёты. Около девяти был первый удар. Чуть позже второй самолёт врезался в Южную башню.

С ужасом я наблюдал за огненными всполохами, так похожими на взрывы и скрывавшимися за плотными столбами дыма. Я видел, как с разницей в полчаса башни-близнецы рухнули.

Расскажи я кому-то об этом видении – никто бы не поверил. Я и сам отказывался верить. Да и что бы я рассказал? Сон?

Мои сыновья никогда не видели пророчеств. Наверное, поэтому и не верили в историю семейных предсказаний, ведь в такое трудно поверить, если не пережил подобного сам.