Они приходят осенью

Морда старухи кривилась, белёсые буркала таращились на призраков. Пространство зашелестело как листва:

— Проваливай! Дай им уйти! Мы не дадим тебе забрать их!

В ответ Кома зашипела, рухнула на Ингу и Ярослава, и стремительно поползла по проспекту. Мрак пронзали всполохи, бой продолжался.

— Мы справимся, справимся, — повторяла Марина. Она буквально тащила Татьяну за собой, чувствуя, как приближается Кома.

Они миновали двор с ржавыми покорёженными конструкциями на детской площадке. Фонарь неподалёку вспыхнул, круглый плафон взорвался.

На стене пятиэтажки высветилась кроваво-красная надпись: «Вы — мои!» Позади загрохотало — тьма продвигалась, расшвыривая автомобили, ломая деревья, выбивая стёкла в окнах. Это двигалась сама ярость. Она ворвалась во двор, закружилась в вихре. Снова появились сияющие фигуры Инги и Ярослава, и опять они преградили путь ревущему мраку.

Татьяна споткнулась, Марина выругалась, подхватила сестру.

— Давай, соберись. Я чувствую, мы уже близко.

Близко к чему? Она понятия не имела.

У неё были лишь ощущения и вера.

— Я больше не могу, — задыхаясь, пожаловалась Татьяна. — Оставь меня здесь. Так будет лучше.

И снова Марине захотелось влепить сестре пощёчину. Но, вместо этого, она стиснула зубы, закинула руку Татьяны на плечо и ускорила шаг. Надписи теперь вспыхивали не только на стенах, но и на асфальте: «Вы здесь сдохнете! Обе!», «Вы — мои!», «Я буду пожирать вас медленно, кусочек за кусочком!», «Я так голодна, накормите меня, суки! Накормите меня!»

— Да пошла ты, мразь! — процедила Марина.

Во дворе Кома снова поглотила призраков и бросилась вслед за беглянками. Ржавые конструкции на детской площадке разлетелись в разные стороны, с треском рухнули мёртвые деревья, припаркованные возле пятиэтажки автомобили взмыли в воздух и грохнулись на асфальт; подбросив массивные чугунные люки, из канализационных колодцев вырвались зеленоватые потоки пара.

Марина увидела впереди реку и дугообразный мост, который выглядел не современно.

Такие мосты делали веке в пятнадцатом. Впрочем, размышлять об этом не было времени. За рекой словно бы стайка светляков засияла, подав очередной сигнал.

— Мы почти выбрались, Таня! — подбодрила Марина. — Осталось совсем чуть-чуть.

Она оглянулась и пожалела об этом, потому что страх едва не лишил её сил. Кома надвигалась, как волна и в центре этой волны была морда старухи с широко раззявленной пастью.

— Мост, — выдохнула Марина.