Они приходят осенью

Миссию по уничтожению «видящих» Варвара решила поручить толстяку. Тот хоть и не отличался большим умом, но для такой работы отлично подходил. А чтобы у него даже мысли не возникло предать, как предал Семён, она намеревалась сделать его иным. Предать могут люди, её создания — никогда.

***

Марине эта деревушка понравилась, хотя подобные места среди привыкших к комфорту городских жителей принято называть «дырой». Старые избы, чёрные столбы электропередачи, подворья цвета охры из-за осеннего бурьяна, среди которого властвовали чертополох и чернобыльник.

Иногда небо пересекала сорока. Сосны окружали деревню плотной стеной, и у Марины создалась иллюзия, что лес задался целью поглотить все следы, что оставили люди, вернуть себе некогда принадлежащую ему территорию. И план это вовсю осуществлялся — околица то тут, то там густо поросла молодыми деревцами.

Понравился Марине и дом, который приобрёл Семён. Обычная большая изба, но от неё приятно веяло стариной. Потемневшие от времени брёвна, наличники с остатками облупившейся синей краски, резные перила на крыльце.

Всё здесь дышало каким-то природным спокойствием, казалось, это территория, где просто не может случиться ничего плохого.

— Дом не обжит, — с нотками извинения сказал Семён, когда все зашли в гостиную. — Я, если честно, и бывал-то здесь всего раз пять. В будущем планировал тут всё обустроить, сделать так, как было в доме моего детства. Я ведь в детстве вот в такой же избе жил.

Инга щёлкнула допотопным выключателем, загорелась лампочка в жёлтом пыльном абажуре.

— Нормально. Главное, электричество есть. А то, что удобства во дворе... это ничего, перетерпим как-нибудь. Если взялся бороться с чудовищами, привыкай к спартанской обстановке.

Нонна заглянула в соседнюю комнату.

— Так, диван есть, кровать, кресла... Нам всем нужно отдохнуть, лично у меня голова от усталости уже не соображает. Потом будем думать, что да как. Отдохнём до полудня, съездим в соседний посёлок, купим продукты.

..

— Электроплитку, — встряла Инга.

— Да, электроплитку. Куда ж без неё. И обогреватели, холодно здесь. А сейчас — спать, — Нонна зевнула и расположилась в кресле. Она решила просто закрыть глаза, не спать, потому что у неё ещё оставалось недоверие к Семёну. Если тот что-то задумает, она будет начеку. Осторожность — прежде всего.

Примерно через час, когда все вроде бы уснули, Нонна услышала, как скрипнула половица. Чуть приоткрыла веки, увидела Семёна.