Некрофамилианин I. Адаптация

Почти сразу повернули на Косой переулок, огибая Александровский чугунолитейный завод.

Навстречу – колонной по два, ровным строем, суровые и посечённые, – проехал отряд казаков Сибирского Линейного войска, в тёмно-зелёных чекменях под полушубками, меховых папахах и с карабинами у левого бедра. На продублённого южным солнцем Харитонова бородатые вояки косились хмуро и с явным недружелюбием.

Илья подтянул вожжи, пропустил служивых, оглядел переулок, но подозрительная бричка исчезла. Снова продолжив путь, теперь они объезжали небольшой погост, судя по отдельным признакам – католический.

– Неожиданная находка, – поделился Андрей, привставая и опираясь на трость. – Я полагал, что нынче кладбищ в их ортодоксальном понимании в черте города не сыскать…

– Совсем немного осталось, – подтвердил Харитонов. Необременительная беседа с пассажиром позволяла ему крутиться на месте и внимательно осматривать окружающие кареты. – В конце концов, ваше сиятельство, оглядитесь – кругом немало православных храмов или даже костёлов.

Протасов покивал, окинул взглядом надгробия и фамильные склепы.

– Кстати, о некрофамилианстве… – задумчиво сказал он. – Та женщина, Людмила Как-её-там… ну, что обмишурила нас в съёмных комнатах, будь она неладна… Как полагаете, она сказала правду про рост цен на инстанты?

Илья цыкнул на лошадку, кивнул и ответил с невесёлой усмешкой:

– Боюсь, Андрей Константинович, это единственное, в чём она была с нами по-настоящему честна.

– Тогда это весьма грустно! – воскликнул Протасов. – Люди, не защищённые от инфляции законными инструментами, умеют быть весьма агрессивны. Неужели вы такого за свою жизнь не наблюдали?!

Теперь Харитонов обернулся с интересом, отчасти удивлённый сменой тематики.

– Полагаю, ваше сиятельство, при дворе об этом определённо размышляют…

В следующую секунду он глухо выругался, вовремя подтянул вожжи и пропустил на поворот нетерпеливую телегу мусорщиков, спешащих на окраинную свалку. Выругался снова, тихо и сквозь зубы, а потом добавил уже спокойнее:

– Не стоит недооценивать силу мыслей людей, стоящих у штурвала державы, граф. И я сейчас исключительно про живых, без учёта их вечных советников в мортините.