Некрофамилианин I. Адаптация

Илья наспех пошкрябал по засохшему на ляжках, натянул штаны, набросил и застегнул подтяжки.

– Я… только хотел сказать… – Теперь Нинель посмотрела открыто и пристально, заставив смутиться ещё сильнее. – Спасибо.

Он покопался в сюртуке, вынул портмоне и оставил деньги на секретере.

– Этого много, – улыбнулась девчонка, пальчиком придвигая одну монету обратно. – И это тебе спасибо, дьявольский ангел, я и вправду получила удовольствие.

Чтобы скрыть очередную волну замешательства, Илья легко прокашлялся. Покрутил бутылку, в которой осталось совсем чуть-чуть, плеснул себе и промочил горло.

– Так вы с подругой… вы поговорите с управляющим?

Нинель вздохнула и отложила брошюру.

– Отговаривать бесполезно?

Харитонов не ответил. Только смотрел не моргая, и плечи рыжеволосой поникли.

– Хорошо. – Она затушила папиросу и оправила юбки. – Жди здесь.

И вышла из комнаты.

Илья отставил бокал, надел портупею и сюртук, проверил барабан револьвера. Причин не доверять девушке не было, но всё же…

Судя по тишине за стеной, игрища в четвёртом номере тоже подошли к закономерному финалу.

Решения принять не успел…

Дверь в комнату открылась, однако на пороге стояла вовсе не Нинель.

[1] Похоть, сударь, оно вызывает и отзывает. Вызывает желание, но устраняет исполнение. Поэтому сильный хмель, можно сказать, двуличничает с похотью: придаст ей стойкости да и отнимет стойкость! (пер. М. Лозинского)

Глава IV.

Илья отступил на свободное пространство к оконцу и со всей возможной внимательностью проинспектировал посетителей.

Первым оказался высокий и карикатурно соломенноволосый, чуть-чуть косоглазый парень; не богатырь, но определённо и не рохля. Второй выглядел незначительно старше, и общей крепостью приходился напарнику под стать; голова его сверкала зеркальной выбритостью, а туманный воловий взгляд выдавал не самый отточенный ум.

Одеты оба были просто, по-рабочему, но жилеты выглядели достойно.

Несколько мгновений вошедшие пялились на причудливую вязь татуировок, яркость загара и серьгу. Затем будто вспомнили о цели визита, встряхнулись и начали.

– Ну и чего же тебе, господин хороший, не понравилось? – спросил первый, пожёвывая спичку.

Казалось, его так и подмывало сплюнуть на коврик под ноги Харитонову, но тот почему-то был уверен, что за такое Нинель с него три шкуры спустит.