Некрофамилианин I. Адаптация

– Какой демонстративно-угрожающий оскал! – Он указал спутнику на вереницу черепов, украшенных средневековыми коронами. – Вызывает восхищение и страх!

Его слова уловил служка в традиционном фиолетовом балахоне, юный и низкостатусный, едва ли выше костерезчика. Оторвавшись от подметания площади, он проследил за взглядом и дозволил себе вмешаться:

– Но это, милостивый государь, вовсе не угроза!

Граф и его помощник обернулись к юноше. Причём, вероятно, в глазах Протасова мелькнул интерес, потому что костерезчик набрался смелости добавить:

– Это вовсе не оскал, милостивый государь.

Это Смерть улыбается всем нам с одинаковым почтением и ожиданием. Просто так уж принято сыздавна изображать её без губ, вот и выглядит жутковато… – Он улыбнулся смиренно и немного блаженно, заставив Илью нахмуриться, а затем предложил: – Могу я проводить уважаемых господ на приложение?

– Нет, милейший, – с лишним почтением поклонился граф, – благодарствую премного.

Теперь парнишка выглядел откровенно удивлённым.

– Неужели милостивый государь не испытывает ужаса от бесследного растворения в Бесконечной Мгле? – спросил он самым что ни на есть невинным тоном.

– Или, быть может, вы ещё не примкнули к добросердечному семейству?..

– Благодарю тебя, собрат-во-смертии, – негромко оборвал его Илья, – но мы разберёмся как-нибудь сами, хорошо?

Вероятно, что-то в голосе Харитонова показалось костерезчику не особенно привлекательным, потому что он уставился на него во все глаза, моргнул, шумно сглотнул, а затем покивал и вернулся к уборке.

Андрей и Илья двинулись к входу в Чествование Всеприсутствующих, но сразу попасть внутрь не удалось – навстречу из высоких двустворчатых дверей выкатился клубок переплетённых тел, большую часть которого составляли уже знакомые фиолетовые мундиры.

Крепкие немногословные мужики крутили юношу определённо крестьянской наружности и того же платья, орущего, призывающего на подмогу весь белый свет и требующего прекратить бесчинства.

Граф перехватил трость и сместился в сторону, Илья чуть прикрыл его плечом, но тянуться за револьвером не понадобилось – обережники наконец заломили руки парнишки, согнули в три погибели и потянули за угол к служебному крылу Дома.

– Милейший, а это ещё что такое было?! – Протасов спросил это нарочито громко, вновь привлекая внимание служки с метлой.

Тот равнодушно проводил пленника взглядом, пожал плечами и ответил, стараясь однако же не встречаться взглядами с Ильёй.

– Верно, опять дурачок попался...