Всегда вдвоём

Медик согласно кивнул головой:

— У вас или у меня?

— Прямо здесь. Я ещё Анатолия Андреевича пригласил послушать. Если не возражаете?

— Ничуть, без проблем, — отозвался Иван Александрович.

— Расскажите подробнее, пожалуйста. Как нашли? Что именно? Ну и остальное. Я не стал спрашивать на собрании. Им это не интересно, полагаю. А для нас — очень важно! — попросил зам по науке, когда они втроём уселись в кресла у окна.

— Мы с самого начала предположили, что кровь может отличаться. Но, как вы понимаете, когда не знаешь, что искать, делать это можно до морковкина заговенья, так? — дождавшись подтверждающих кивков от собеседников, доктор не спеша продолжил: — Поэтому, мы взяли кровь самого предположительно сильного одарённого из доступных — Тумина.

— Да уж, наслышаны, — неодобрительно буркнул Потапченко.

— Вам и слышать не надо — у вас взяли не меньше, — отпарировал врач. — Вы тоже очень сильны, хотя, по результатам анализов, всё же будете послабее.

— А насколько? — весь подавшись вперед, спросил учёный.

— Этого мы пока с уверенностью определять не умеем. Метод не проградуирован, понимаете? — доктор качнул головой так, что очки пустили зайчика прямо в глаз Потапченко, отчего тот поморщился. — Вообще, мы с уверенностью смогли проследить признаки предполагаемых отличий только у семи человек из 61 протестированного образца.

Пока учёный переглядывался с директором Института, доктор перевел дух и ухмыльнулся в бороду.

— Больше того, мы смогли проследить развитие результатов у Келли, девушки Тумина! В её ранних пробах мы не обнаруживаем ничего, а в последних — пожалуйста!

— Вот, значит, как, — отстранённо вымолвил Потапченко, глядя в никуда.

Все замолчали.

Через минуту, зам по науке встряхнулся, поменял позу и спросил:

— И что планируете дальше?

Медик пожал плечами:

— А что мы можем сделать? Будем развивать, что ещё нам остаётся? Хотел просить вас о создании некой группы — всё-таки, это уже далеко не только медицинский вопрос, тут и техника требуется.

— Прекрасно. Это именно то, что я хотел предложить, — оживился Потапченко, и, криво ухмыльнувшись, добавил: — только боялся, что вы протестовать начнёте...

— Да какой там "протестовать"? — махнул рукой начальник медблока. — Я же понимаю, что у нас даже по медицинским меркам никак не исследовательский центр — так, амбулатория, пусть и продвинутая. Сами мы не потянем.