Твой хомо умер, уходи. Приключения симбионтки

Они оккупировали прилегающие к базарам и вокзалам улицы, усаживаясь на картонки прямо посреди тротуара, звонили в квартиры многоэтажек, отчего в первую очередь взвыли жильцы привокзальных домов и на подъездах начали появляться первые в городе кодовые двери.

Попервоначалу горожане жалели приезжих, щедро отсыпали им милостыню и приносили ношенные детские вещи, потом, поняв, что видят перед собой не временные трудности, а образ жизни, стали задавать властям недоуменные вопросы. В местных газетах появилась пара-тройка статей, а затем и опровержений, в которых национальное общество таджикской культуры разъясняло, что побирушки - вовсе не таджики, а среднеазиатские цыгане-люля, и словосочетание "таджикские нищие" является неверным и задевает национальное достоинство трудолюбивого таджикского народа.

Татьяне Петровне происхождение иностранных нищих было по барабану. Побирушки, вне зависимости от национальности и пола (исключая, впрочем, мелких детей и совсем уж дряхлых старух), вызывали у нее единственное желание: отвесить им здоровенного пинка.

Впрочем, если задуматься, такой негатив был понятным и, если хотите, ответным.

Почти каждому из нас, если он, конечно, не закален работой в органах госвласти, тяжело отказать, когда просят. Каждодневный путь Татьяны Петровны на работу по касательной задевал городской рынок, а затем пересекал и привокзальную площадь. Полтора десятка изобретательных просьб о помощи - и она на месте.

Иногда Коршунова все же поддавалась здоровому чувству жалости, каждый раз потом об этом жалела.

Наиболее ярким эпизодом ее благотворительности было вручение еще советской трехрублевки замотанной в какое-то тряпье бабке, притулившейся в узком магазинном тамбуре. Бабка долго благодарила, кланялась, поминала каких-то святых и кричала вслед "Дай Бог тебе здоровья, доченька!"

На выходе из магазина нагруженная сумками Татьяна, все еще исполненная гордости за свою доброту, снова столкнулась со старухой.

На втором месте после побирушек в черном списке у практичнейшей с ног до головы, каковой она себя полагала, Татьяны Петровны были экстрасенсы и прочие НЛО.