Твой хомо умер, уходи. Приключения симбионтки

- Во-первых, смертную казнь отменили отчасти из-за возможных судебных ошибок, но мы-то с тобой точно знаем, что именно Сутулин Ваню Клепикова прикончил, причем с особой жестокостью.

Во-вторых, Ваня-Рил уже шестерых посторонних хомо угробил, не считая Мятого. И не успокоится, пока Сутулина не достанет. И если выбирать между очередными случайными жертвами и Сутулиным, то сам понимаешь.

В-третьих, реабилитация Рила после симбиоза с рыбой будет тем сложнее, чем дольше этот симбиоз затянется. Рила спасать надо. А рауту-с твоего Сутулина ничего страшного не сделается.

Подумаешь, не доберет немного стабильности и вернется в Облако пораньше. Нечего было своего хомо так распускать. А на самого Сутулина мне плевать.

Кстати, рассказать хохму? Рядом с домом моей Вероники Борисовны в святые девяностые пристрелили братка. Тогда, как ты помнишь, пальба на улицах была в порядке вещей. Так вот, братки этого братка сбросились и поставили могильный камень прямо во дворе, на месте гибели, как сказать.

- Это как оградки с венками на месте дорожной аварии, где люди погибли, ставят? - сообразил Гор.

- Такие символические пустые могилы на месте, где душа отлетела?

- Точно, идея та же. Могильный камень, правда, без фамилии и даты был, но с сентиментальными стихами. Типа живы будем - не забудем. Цветочки рядом посадили. Рассказывали, что особенно усердствовала любовница героя.

Прошел год-другой. Красотка подцепила нового ухажера, и покойный перестал быть ей интересен. Братки куда-то рассосались. Кто-то даже начал законопослушную жизнь, как наш Сутулин, и в ней уже не было места уголовной романтике.

Короче говоря, дворнику, ухаживающему за монументом, платить перестали. Какое-то время он продолжал делать это по инерции, но потом дворник сменился…

В год, когда Вероника умерла, могильный камень этот так и торчал в ее дворе - заросший грязью, со сколами и трещинами.

Выкорчевать и выбросить его все же никто не осмелился.

- Какая же это хохма, это притча, скорее, - заявил Гор. - О жизнях наших скорбных.

Настроение у него почему-то испортилось.

- Да ладно тебе, - попыталась подбодрить приятеля Сим, - следующий круг пойдет легче - ведь жизни хомо становятся все комфортней.

- Немного да, - согласился Гор, - но в целом они, как лабораторные мыши, все бегают по кругу каждый в своем лабиринте. В последние столетия как в Россию не попади - там вечно пытаются то прорубить окно в Европу, то костьми ложатся, чтобы заткнуть его, когда оттуда лезут с кастетами.