Сан-Инферно. Новичок

Но кот был так близко, и так умильно смотрел на меня своими большими зелёными глазками, словно приглашал: ну погладь меня! Тебе понравится, я обещаю...

И я протянул руку.

Другой рукой я уцепился за верёвку, что шла вертикально и пропадала где-то под потолком, в нагромождение тёмной массы, похожей на скопище грозовых туч... Но верёвка была толстой, и на вид - очень прочной, так что я решил, что всё в порядке.

И вот, стоя на коленях на тонкой, не больше десяти сантиметров шириной, перекладине, и цепляясь одной рукой за верёвку, другую я протянул к коту.

И в тот момент, когда моя рука была готова коснуться его круглой головы и потрепать острые ушки, зверь РАСПАХНУЛ огромную, полную острых зубов пасть и что есть сил в неё вцепился.

- А-А-А!!! - наверное, крик мой был слышен и на другой стороне земного шара.

Было чертовски больно. Но ещё хуже было разочарование. Та быстрота, с которой милый зверёк превратился в кровожадного монстра, просто выбила меня из колеи. А затем - сбросила с рампы.

Отдёргивая руку, чтобы избавиться от острых зубов, я потерял равновесие и полетел.

Глава 3

И наверняка бы разбился, если бы не верёвка, за которую я судорожно цеплялся другой рукой.

Благодаря ей стремительное падение замедлилось до вполне терпимого спуска.

И всё бы хорошо, если бы спуск этот не сопровождался звоном, грохотом и дождём из стекла и ослепительных оранжевых искр.

Дело в том, что к верёвке крепились мешки с песком. Да-да, целая груда мешков! И до поры до времени они преспокойно лежали за сценой.

Поднимаясь, мешки разбили осветители, прикреплённые к рампе снизу, и свет погас. Потом зашаталась, заскрипела сама рампа. Мимо меня, как призрак на крыльях ночи, прошелестел бархатный занавес.

Он упал в оркестровую яму и накрыл музыкантов.

Музыка прекратилась. Из зала доносились свист, топанье ног возмущенные вопли зрителей.

Но в тот момент, когда я наконец-то достиг самого дна, то есть, сцены, - свет зажегся вновь.

Картина маслом: полный разгром. Вокруг валяются декорации, осколки стекла и остатки ламп. В центре всего этого - ваш покорный слуга. На него-то и устремлены десятки, а может быть, даже сотни взглядов.

Почувствовав такое внимание, я незаметно отпустил верёвку, а затем потупил взор, шаркнул ножкой и улыбнулся.

Хотел раскланяться, для пущего эффекта, но решил, что это перебор.