Неслучайная

Он смотрел на меня с непонятной злостью. Прищурил свои глазюки, сжал губы и буравил взглядом. Неужто так задели мои слова?

И все же он оттаял, ледяная корочка в глазах треснула, и Ефим кивнул.

Дальше что-либо рассказывать он мне не дал.

– Холодно. Наглотаешься морозного воздуха еще.

Так мы и перешли на «ты». Так своеобразно он выразил свою заботу. А может надоела моя болтовня? Но зачем тогда сам спрашивал?

Сегодня бродили мы не так долго.

Ефим все также выискивал глазами что-то неведомое мне, на вопросы, что ему нужно, не отвечал и упорно водил меня по окрестностям.

Я даже встретила своего преподавателя по художке. Ирина Владимировна узнала меня и принялась расспрашивать, как дела. И пока сосед бродил, я с удовольствием пообщалась. А после он аккуратно сцапал меня за локоть и бросил Ирине Владимировне:

– Простите, мы торопимся. Всего доброго.

В глазах преподавательницы застыл укор: «А говорила, что не замужем». Не упоминать же, что я этого типа в третий раз в жизни вижу!

– И что это было? – недовольно поинтересовалась я.

– Пора греться. – Ответ был невозмутимым.

Мы вернулись ко вчерашнему кафе. Только в этот раз, помимо чая, меня все же вынудили и поесть.

В тепле меня вновь разморило, я даже подобрела.

Ефим все же решил порасспрашивать меня. Только теперь уже о художке. Он почему-то не верил в мои способности.

– Ах так! – заявила я.

И достала из сумки ручку. На салфетке за пять минут набросала его портрет. Сходство было очевидным. Но вот души в рисунке не было – лишь четкие, аккуратные линии.

Но не живые. Сложно это объяснить. Но я вдоволь нагляделась на работы других ребят, что учились со мной. Некоторые из них могли двумя штрихами передать движение воздуха, дрожащего в жару. Они действительно могли оживлять свои картины и даже просто наброски. У меня же получалось сухо, уныло. И от этого скучно.

– Похоже, – хмыкнул Ефим и спрятал салфетку в карман.

Понравилось ли ему? Сложно сказать.

Как только я допила чай, а выдула я почти полный чайник, мы пошли домой.

И я вновь отметила, что, как ни странно, не замерзла.

Закалилась, видимо.

Царь встретил меня внимательным взглядом.

– Да все в порядке со мной, – заверила я кота.

Он нервно дернул хвостом и повел меня на кухню.

***

На следующий день Ефиму нужно было в район, куда мы переехали с родителями тринадцать лет назад.

– Откуда у тебя список этих мест? – спросила я.

Мне уже было, мягко говоря, не смешно. Паранойя махала своей ручкой, зазывно приглашая к себе в гости.