Один человек и один город

Только теперь уже непонятно, с какой именно. Сенатор ведь может и отказаться помочь. Или не проявить достаточно заинтересованности, что, впрочем, одно и то же.

- И тебе никогда не хотелось шагнуть…

- В грязь?

Я там уже был. Недолгое время, но мне успело не понравиться.

Плохо, когда тебя считают безгласной вещью. Но когда тебя вообще не замечают, еще хуже. «Иди погуляй, мальчик, пока мы с твоей мамой… побеседуем». Я обычно не соглашался, хотя это было намного больнее, чем слушать гомон толпы и притворяться, будто ничего не происходит.

А она знала, что я рядом. Мама. И мне казалось, что моя близость успокаивает ее. Все-таки успокаивает, хотя и немного пугает тоже. Наверное, чувствовать, что в нескольких футах от тебя находится человечек, способный на все – не самое дурное ощущение на свете. Я бы хотел попробовать, по крайней мере. Даже если бы боялся этого больше смерти.

- Они такие же люди, как мы, Фрэнк. Они любят и ненавидят, создают семьи, работают… Почему ты отказываешь им в человечности?

- Я? Им отказал кто-то другой.

Кто-то там, наверху.

- Подумай, Он ведь слышит тебя.

- А я не против. Пусть слушает. Разве я произнес хоть слово лжи, Господи? Если так, покарай меня, сделай милость!

- Фрэнк!

Он схватил меня за рукав и потянул подальше от аллеи, в золотистые сумерки садовых фонарей. Туда, где любопытным глазам труднее что-нибудь рассмотреть.

- Да что с тобой такое?!

Рассказать? Открыть невинному агнцу глаза на то, что дьявол оказался расторопнее своего извечного противника? От него-то предложение уже поступило, а небо по-прежнему надменно молчит.

- Сеньор. - Громада Петера выросла у меня за спиной, бесшумно и угрожающе. – Сенатор просил передать, что вынужден срочно уехать. Но вы можете оставаться здесь, сколько изволите. Так он сказал. Когда пожелаете отправиться домой, позовите меня.

Доложил, не испытывая ни единой эмоции, и за два шага растаял в темноте. Как будто его и не было. Как будто не было… И никогда больше не будет.

Где там ближайшая фигура в кружевном фартучке?

- Эй, ты! Неси сюда все, что есть!

«Всего» оказалось немного: пятерка бокалов, из которых один был уже явно кем-то почат.

- А теперь убирайся! И подальше!

Она резво шмыгнула в тень, услужливая, как и прочие.

- Собираешься напиться? – осторожно поинтересовался Хэнк.

- Чем? Этим? Утолить жажду и то не хватит. Не бойся.

- Не могу. Ты любишь иногда вспылить, но сегодня… Что за бес в тебя вселился?

Если бы! Тогда жить стало бы во сто крат проще.