Отражения одиночества

После окончания организационного периода смены было дружно решено, что в это время за детьми смотрят сопровождающие, они же – педагоги их творческих коллективов, а вожатые отдыхают.

Для их тройки это было единственное время, когда можно было посовещаться о «миссии» без вечерней усталости и с более-менее ясной головой. Правда, толку от этих собраний было немного. Расследование застопорилось, едва начавшись.

– Да потому, – Коля потягивал любимый яблочный сок, – что пусто тут. Ни Затронутых, ни проклятых мест, ничего.

– Ну легенды-то на пустом месте не берутся.

– Пф, – Коля отмахнулся, – это детские сказки. Придумали, что б страшнее было. Вон раньше – Черная Рука, Гроб на Колесиках, сейчас Слейдермены эти все. А тут этот самый Ночной пионер. Да, мне тоже про него пацан, который тут во второй раз, рассказывал. Кто-то придумал когда-то, и теперь все повторяют и повторяют. Да и к тому же – идеальная история же, как хочешь, а не подкопаешься и не поспоришь.

– И как-то все подозрительно похоже – дети рассказывают страшилку о мальчике, который забирает с собой кого-то, о ком забывают, и репортер пишет о случаях исчезновения здесь, и потом в его доме находят кучу старых вещей непонятно откуда.

– Изнанка чиста, Саша. Чиста. Ты сама это видишь. Да, тут куча детских эмоций и страхов, но и только. Мистификация. Или семья маньяков может быть, но это точно не наш профиль.

– Или Тульпа, – задумчиво говорит Катя, приобнимая парня.

– Что? – Коля, явно не ожидавший, что его девушка его не поддержит, оборачивается с каким-то детским удивлением.

– Тульпа. Дети верят в Пионера – Пионер приходит. Они же дети, они ближе к Грани желаниями и чувствами.

– Насколько я помню, чтобы тульпу создать нужно сознательное усилие мага.

– Но мы не знаем, не было ли тут магов раньше, – Катя по-прежнему рассматривала кровать над собой. – Детей могли Становить и маленькими. Или кто-то из взрослых постарался, кто тут не работает. Да и к тому же ведь считается, что дети и правда могут материализовать свои желания. Кто-то из подростков-волшебников приехал, впечатлялся историей про Пионера, что-то вообразил, поверил в нее всем сердцем – и вот основа.