Отражения одиночества

Ни сотни людей в странных нарядах, двигающихся под ужасно негармоничную громкую музыку, ни другие сотни людей, что на многоярусной ярмарочной площади толкутся локтями среди лавочек с какими-то безделицами и кичливыми одеждами, а потом, покупают отвратительную полную воздуха еду у крикливых продавцов и как завороженные смотрят в темноте на двигающееся полотно с картинками так пристально, что не видят, как с их подбородков капает слюна.

Саша подавила вздох.

– У меня возникло ощущение, что фильм тебе понравился.

Миклош чуть поморщился.

– Записанное представление не передает истинных эмоций… Но все же признаю – такие возможности смотреть на лицедеев в любой или почти любой день могут иметь потенциал. Я никогда не был заядлым театралом, но все же этот вид искусства куда интереснее, чем цирковые акробаты, факиры или дрессированные звери на ярмарках. Но чтобы понимать, что изображено на сцене, надо понимать, о чем идет речь и в репликах героев. А для меня что «менеджер», что «ракетная установка», что «реалити-шоу» просто слова, за которыми нет никакого смысла.

Саша чуть пожимает плечами.

– Фрейд произвел что-то вроде «революции» во взаимоотношении полов с век тому назад. С тех пор отношение к сексу поменялось.

Миклош чуть склонил голову.

– Я знаю, о чем ты говоришь – потому что в моем разуме не только мои образы. Но не будь этого – я не знал бы, что ответить. Так много развратных образов, которые откровенно дурновкусны. Везде, на ваших больших фотографиях по городу, на движущихся картинках перед этим… «киносеансом». И сейчас, – парень окидывает взглядом посетителей зала. – Оголенная грудь у дам и едва заходящие на бедра штаны. И мужчины не лучше – ходят в портах, как последние крестьяне.

– Это шорты. В них нет ничего предосудительного.

– Нет, – Миклош кивает, – Но я привык к иным нравам. К тому же ты так не одеваешься. Только носишь штаны, как мужчина. Но к этому я уже привык. Почти.

Саша чуть улыбается.

– Нынешний мир позволяет мне носить то, что я хочу. А мне удобнее так как я одеваюсь. Нынешний мир вообще многое позволяет. Я могу получить образование даже родившись не в семье аристократов.