Отражения одиночества

Хотя защиту в несколько слоев и вокруг их пары полок с Миклошем, и на входы в вагон, и на самого напарника Саша накинула. Так, на всякий случай. И каждый, наверное, десяток минут она просто рассматривала нити защитного плетения, словно думая, что в любой момент их порвет вражеское заклинание или вновь люди вокруг разбегутся и она останется одни на одни с очередным одержимым жаждой убийства. Но потом стук колес все же берет свое, погружая в сон.

Сон полон сумбурных видений, и когда Саша оказывается в купе за столиком, то даже не удивляется.

Не удивляется и когда проводница приносит белье и чай… и садится на полку напротив. Саша вглядывается в глаза, моргает – и пытается вытянуть руку в защитном жесте, прогоняя наваждение. Но тут проводница только качает головой и перетекает в иной образ.

Муза.

– Я напугала тебя. Прости, Колдунья, – губы Музы не двигаются, но слова Саша слышит с отчетливой ясностью. – Я ограничена ролью, увы, и иного пути для разговора нет. Но клятвы того, кто считает меня своей дочерью, велят мне играть роль и в этой постановке.

Клятва.

– Вред будет причинен кому-то?

Муза чуть улыбается.

– Сценарий пишется, Колдунья. Но одно известно – в нем всем есть разные роли. Я исполнила свою, отдав амулет. Ты исполнила свою, попросив счастья. Но эти реплики есть не только в том сценарии, что пишется тобой, мной или теми, кто стоит за тебя. Есть и другой, кто плетет паутину сетей и пишет свою пьесу. И он вовсе не так привержен к искусству ради искусства, как Маэстро.

Вовсе нет.

– Ты хочешь сказать, что там, в Пензе, есть кто-то, по чьему плану все происходит и кто хочет причинить вред с помощью магии?

– Сценарист. Да. Мы все, Колдунья, пишем свои пьесы. И простой люд, и маги, и мы… Но Кукловод, паук, безликий режиссер, он хочет не просто для себя главной роли в своем произведении, а хочет, чтобы все вокруг произносили им заготовленные реплики и совершали шаги и поступки лишь те, что задумал он.

Кукловод плетет паутину, протягивая нити тонкие, невидимые – но оплетающие и разум, и душу. Ты с Обесчещенным идешь прямо в его сети.

Саша складывает руки.

– Я не могу просто взять и отступить.

Муза улыбается.

– Истинный, итоговый сценарий пока не написан. И мастерство Кукловода вовсе не значит, что никто не сменит режиссера. Он плетет свою паутину, но на каждого паука будет своя лягушка. Я лишь хочу предупредить – новый акт приближается.