Сто свиданий с ведьмаком

— Ведьма-а-ак, — раздалось тихое, сказанное то ли высоким мужским голосом, то ли грубоватым женским.

Еся крутнулся на пятках, вгляделся в глубокие тени. Луна за облаками, на крыше горят фонари, особые, от нежити, заряженные пламенем драконов, но этой твари на них плевать. Елисей больше догадался, где сидит мрун, чем увидел его.

— А ТЫ меня выслушаеш-ш-шь?

— Кто здесь? — строго спросил Елисей. Не может быть, чтобы это нежить с ним человеческим голосом разговаривала.

— Никто. Просто пос-с-сланник.

— Мрун? Это ты… говоришь со мной? — это прозвучало… глупо, но Еся видел два горящих на фоне магической будки огонька – выпуклые глаза нежити. И рот, что шевелился в такт словам.

— Удачно ты нам попалс-с-ся, — прошептала тварь. — Твой интерес-с-с в деле имеется. Нам это нравитс-с-ся.

— Какой еще интерес? — ведьмак начал потихоньку приближаться, чувствуя непривычный страх.

— Боиш-ш-шься?

— Это тебя-то? — Еся принялся осторожно обходить чердачную трубу.

— Лебеди Черной, — выдохнула тьма.

Елисей застыл.

— Ты…?

— Я пос-с-сланник Навьей Рати. Рыщ-щ-щу во тьме. Ищ-щ-щу то, что мне обещ-щ-щано. Помоги Лебедь найти. Она и тут, и там, прячется в иллюзиях, навьям глаза отводит. Укажи на нее. Не жалей Черную. Она тебя не пожалела. Лебедь – наш-ш-ша по закону Навьему, не людьми писанному. Все равно доберемся. Но жертв меньш-ш-ше будет… среди гражданского нас-с-селения, — мрун захихикал.

Спина у Еси покрылась холодным потом.

— Значит, прав я был, — и сам не понял, что сказал это вслух.

— Прав, — мрун хмыкнул. — Думай, ведьмак. Даем тебе трижды тридцать дней и три ночи. А потом ратью пойдем. Пожалей город. Много невинных людей пос-с-страдает.

Еся очнулся от мерзкого ступора и шагнул к стене. Тварь изогнулась, взлетела на крышу магической будки и растворилась в воздухе. Трещина полыхнула синим навьим огнем – закрылась.

— Веденеев! — в окно вылез Олег.

— Угу, — медленно произнес Еся, приходя в себя. — Вон там разлом был.

— Что с тобой? Под воздействие попал?

— Да что-то… такое… было… странное.

— Да? Ты в норме? Ну пошли. Только давай по пожарной лестнице спустимся. Там Толли Сагус явился, рвет и мечет. Короче, закрывают клуб. Беренику в участок забрали. Как бы тебе не попало.

— Да пусть, — рассеянно проговорил Елисей, вытирая с лица холодный пот.