Сто свиданий с ведьмаком

Некоторые из них, самые сильные, в старые времена в Прави выслеживали дух животного, еще не рожденного, братались с ним, предлагали свое тело и приобретали в обмен силы звериные. Их потомки – оборотни. Вторую ипостась в Яви не удержишь, сил не хватит, потому хранятся души звериные в Прави, воплощаются в людях, когда оборотню потребуется. Это и есть непластичная магия.

— То есть оборотни…

— Одной ногой в Прави стоят. В этом их сила и слабость. Вторая ипостась волю подчиняет, силу пьет, голову дурманит. Многие из оборотней… — Елисей нахмурился, — себя забывают.

Снаружи человек вроде – внутри дух зверя, который этой оболочкой управляет.

— А ведьмаки?

— Мы не оборотни и не метаморфы. Нам Явь подчиняется. Создает то, что мы хотим, иллюзорное вроде, но как бы и реальное, пластичное… — ведьмак трансформировал руку, держащую (пятый!) пирожок в когтистую лапу. Я невольно подалась назад. — Не знаю, за какие заслуги нам этот талант дарован, думаю, для защиты от навьих. Ограничены мы воображением и опытом – то, чего не видели, повторить не можем.

По силе нам равны лишь драконы, мантикоры, грифоны, наги и еще несколько рас. Их ипостаси не из Прави. Им они Древними подарены, за заслуги.

— А медведь? Разве это не ваша ипостась?

— Это наш родич. У каждой семьи ведьмаков он свой. Нас, Веденеевых, Михаил Потапович когда-то по лесам сопровождал. Мы на нем верхом на навьих охотились. Там духом и соединились. А вообще, не знаю, — Еся широко зевнул. — Ну, и где мне спать ложиться? Наверху? Ты где спишь, слева или справа?

— Что? В смысле?! — возмутилась я, очнувшись от грез.

Голос ведьмака звучал так расслабляюще, уносил в дальние миры…

— Я про комнату говорил. А ты что подумала? — Еся нагло ухмылялся.

— Дома тебе спать ложиться, сокол ясный, — напевно произнесла я, подражая деревенскому говорку, — Хочь слева, хочь – справа.

— Злая ты. Мне через весь город мотылять. А время позднее.

— Ничего, с ветерком покатаешься. Слышала я, как твои дружки ночами по городу гоняют – мосты серебряные качаются.

Монстру свою автомобильную больше у ворот не ставь. Там журналисты.

— Точно! Поцарапают еще!

— Я за твою зверюгу не беспокоюсь. Мне репортеров жаль, — объяснила я. — Дышат выхлопами, брехуны неразумные, понапрасну здоровьичко нежное губят.

— Ты их только кормить не вздумай. Угадал? Ага! По глазам вижу – собиралась.

— Ну и что? — я вызывающе пожала плечами. — Они тут только время теряют. Ничего им здесь интересного не перепадет. Пусть хоть поедят.